Капля крови

Наверное, ему показалось. Он выпил в гостях, да и устал после длительной вахты. Нервы совсем уже ни к чёрту!

***

В ярких лучах солнца снег таял. Большой дом зиял большими чёрными дырами. Три стены выдержали воздействие разрушающей огненной стихии, четвёртая стена разрушилась и тлела под пеплом. Крыша упала вниз. Наступающая весна не замечала трагедии людей, возвещала о возрождении в трелях птиц, подснежниках, маленьких ручейках под ногами и капели. Ветер распространял ароматы первых ростков и оживающего хвойного леса.

В тени деревьев стояли четверо и смотрели на пепелище. На их лицах не было горя, а только усталость.

― Я смотрю, тебе уже хорошо, раз можешь стоять, ― недружелюбно сказала Адиса, в упор посмотрев на юношу с пепельными волосами.

― Как видишь, я выжил, и собираюсь жить долго, ― язвительно ответил Захар, но чуть не упал, вовремя схватившись за ветку дерева.

― Прекратите оба, ― мрачно одёрнул их Сультим, ― и без вас тошно.

Адиса внимательно посмотрела на него, ей стало стыдно.

Под белой кожей лица можно было увидеть сосуды и вены. Он выглядел призрачным, нереальным. Сультим и Ванда ждали три дня, как и обещали. Он оказал медицинскую помощь юноше, а также поил его своей кровью. Захар быстро поправлялся. Адису коробило от его пышущего здоровьем вида. Они стали зависимы друг от друга на сакральном духовном уровне. Теперь Сультим отвечал за него до конца своих дней, а может и дольше.

Адисе стало горько. Под большой сосной невдалеке стояли отец и брат.

Глубокие царапины на лице пугали, но холодный блеск в глазах вызывал дрожь. Они тихо переговаривались. Адиса знала о чём. Родственники и мама на другой планете. Их нужно спасти.

Боль прочно засела занозой. Она проникала глубже, прочно заявляя права на сердце. Боль будет с ней до конца этого мира, а может быть и еще дольше. Перехватило дыхание, слёзы подступили к глазам. Накрыло давнее ощущение. Прикосновение губ и рук, чувство будто только секунду назад души слились в одно целое.

События изменились, но внутри крошечной частицей теплилась надежда. Казалось, прошли тысячи лет между семнадцатилетней девушкой со свадьбы и Адисой на пепелище дома.

Она очнулась. Зарево пожара алело. Сумбур мыслей и образов не давал сосредоточиться на ощущениях. Нечеловеческий вой разрезал тишину ночи, создавая некую точку в пространстве. Адиса поняла, что находится на Земле. Сколько она просидела в прострации не могли сказать ни друзья, ни брат с отцом.