Леди-джентльмен. Страсти египетские

Интересно, что украли-то? Аж не терпится примерить на себя роль детектива!

Я окликнула её:

– Я могу вам чем-нибудь помочь?

Та, подхватив юбку, понеслась к нам.

– Батюшки! Мистер Хант, зачем вы взяли моих кроликов?

Пауза. Варя в капле.

Чуть оправившись от шока, я скосила глаза на активно жующих газон зверюшек.

– Что ж вы делаете? Неужели вам так срочно понадобилось натаскать своего пса? – мне почудилось, будто женщина старается кричать как можно тише, чтобы не оскорбить своим поведением хозяина.

А, так она, выходит, кухарка. Никогда бы не подумала, ведь представительницы этой профессии мне представлялись исключительно толстыми и с красным лицом от вечного стояния у очага (так как плиты в доме не было, и её покупка не планировалась в ближайшие сто лет). Кухарка Хантов была вполне себе обычной, без каких-либо ярких черт.

– Это ваши кролики… – начала я, как студент, зацепившийся за слова экзаменатора.

– Не то чтобы мои, – женщина немного сбилась с воинственного настроя. – Они ваши, а готовить-то их мне надо. А они ещё не ободранные, не потрошённые. Ладно, их Кейт обдерёт и распотрошит, но самая ответственная часть всё равно на мне… Сэр, ваше рагу удирает, ловите!

Я дёрнулась и, грохнувшись набок, схватила беглеца. У, какой шустрый! А с виду не скажешь…

Рагу.

– Подождите, так же нельзя.

– Не беспокойтесь, из вашей тарелки они не выпрыгнут. А теперь кладите их в коробку и несите обратно.

Я прижала к груди обоих кроликов.

– Не отдам!

– Бросьте, что за глупости? Конечно, отдадите и ещё благодарны мне будете за вкусный обед.

– Я не дам вам их убить!

– Да что вы в самом деле! Я же не собаку вашу потушить с овощами задумала.

Тоби запрокинул голову и горестно завыл.

– Сэр, вы же не носите траур по каждой съеденной курице? Это – еда, и по ней плакать не надо.

Не спорю, кухарка была права. Я люблю мясные продукты и ни за что от них не откажусь, но я же дитя каменных джунглей! Мне нет дела до того, что куриная ножка с золотистой корочкой когда-то была в перьях и вполне себе бегала. Или топталась на месте, как там их на птицефабриках выращивают? Короче, я бы и этих кролей схарчила за милую душу, если бы не увидела их живыми.

И всё равно не отдам. Хотя руки под их тяжестью уже готовы отвалиться.