Первый всадник

— Простите, кто тренирует? — вперед выступил Луксор, придерживая рукой на голове пакет с замороженной спаржей. — Вы стоите и наблюдаете, пока грехи принимают на себя удар.

— Ты против тренировать Ви? — Вера сощурила глаза.

— Нет, но вы в это дело мало вложили сил, — бросил Похоть и ушел из зала наверх.

Грехи можно было понять. Этот месяц они действительно выкладывались по полной и даже не ныли. Поначалу я боялась даже ударить кого-то и считала это все дурацкой затеей. Тогда моим верным грехам пришлось нападать.

Первый день я просто бегала от них и пыталась забиться в угол. Тогда Люба потребовала серьезных ударов. Именно Луксору, как старшему, пришлось ударить меня в солнечное сплетение и сжимать до скрежета зубы, наблюдая за моими мучениями. Три дня бедный блондин вынужден был избивать свою госпожу, прежде чем я впервые отправила его в полет.

На четвертый день все изменилось. Я почувствовала, что крепче, сильнее и быстрее смертных. Мои кости не ломались от ужасающих ударов о стену, а руки с легкостью отшвыривали здоровых мужиков на большие расстояния.

Именно тогда к нам присоединились остальные грехи. Именно тогда я осознала, что больше не человек. Лишь частично я сохранила в себе Викторию, но все больше места отвоевывала Война.

— Девчонки, я хочу к родителям. Они и так месяц меня не видели, — неожиданно для всадников заявила за завтраком.

— Ты с ними вчера по скайпу общалась. Этого достаточно, — отмахнулась Вера, зажевывая яичницу.

Надя к этому моменту уже уплетала десерт из корзинок со взбитыми сливками и в разговор не лезла, ибо рот был набит, а розовые щеки все были в остатках сливок.

Люба же просто не считала нужным вмешиваться, пока наша Чума не выскажется.

— Я хочу увидеть их вживую. Разве это так проблематично? — настаивала на своем, отложив вилку.

— Проблематично. Ты всего месяц тренируешься и считаешь, что готова к сражению? Да тебя схватит первый же отряд пернатых, — продолжила Вера, тоже отложив вилку.

— Семь грехов, значит, летают по залу, а рядовые ангелы схватят? Помнится, кто-то сказал мне, что я прирожденный воин и являюсь лучшим бойцом из четырех всадников. Кто бы это мог быть? — я не собиралась сдаваться.

Девчонки сами сказали, что высшие будут опасаться вступать в бой при смертных, значит, именно места с большим скоплением людей подходят для сражений больше всего.

— Ты не готова, — припечатала Вера. — Ты все еще не контролируешь свою силу.