Каменное сердце генерала

Захотелось смахнуть соленую влагу и отругать нерадивого отца. Потянулась к лицу и… пустота.

Надо мной склонился еще десяток знакомых лиц. Вот прачка нахмурилась, кожемяка ручищу в волосы свои густые запустил да оттянул их в привычной манере. О! А вот и сестрица кареглазая моя заохала. Косу светлую затеребила, прикусила кончик, обхватив пухлыми губками.

— Солнцеликая, помоги! — запричитал Гектор. — Пошевелись, девонька! Хоть пальчиком одним, хоть ноженькой!

И попыталась снова. Улыбнулась перепуганным сельчанам, чтобы не страшились ничего.

Живая. Говорить могу, а вот… вот шевелиться никак не получалось.

— Скорее! Где вы ходите?! Носилки тащи живее! Главе доложили? — узнала по строгому голосу повитуху.

— Да. Уже бежит, — отозвался кожемяка.

— Не тревожьте отца. Он свадьбой занят. И матери не говорите. Алаида, я там у скалы корзину с венком обронила. Найди. Для Тайла плела. Несите меня в дом, к вечеру оправлюсь. Платье мое не пялила на себя? — рассмеялась. — Пялила, конечно, — ответила на свой же вопрос и потонула в тишине.

Жители Амрааса смотрели на меня молча. Смотрели и прикрывали лица руками. Только Алаида не трогала свое красивое лицо. Сестренка побледнела и свела в тонкие бескровные ниточки губы. Крупные слезинки так и падали сверкающими алмазами с ее ресниц. Да в такой лютой тишине покойников провожают в последний путь, выстилая им дорожки из легкой белой ткани прямо в Ханаан.

— Чего ждете, идиоты?! — всегда резкая и раздраженная старая знахарка разогнала толпу и подстелила на камни чей-то сюртук.

Плюхнулась на колени и схватила меня за подбородок. Юркнула рукой куда-то в область затылка. — Здесь чувствуешь? — я кивнула, ощущая легкое покалывание в сопряжении спины и шеи. — Здесь? — я мотнула отрицательно головой. — Тут? — опять ничего. Только и видела, как она шлепает наотмашь ладонью по моим рукам, животу, бедрам и ногам. — Несите ко мне. Да так, чтобы не трясли! Не переворачивать! Не трогать! Живее, остолопы! — приказала грозно и тут же рядом со мной расправили ткань, натянутую на толстые палки.

Наши бравые ребята вмиг перекинули меня на носилки и взялись за выпирающие рукояти.

— Осторожно, сказала! Вперед!

— Алаида! — окликнула сестру. — Скажи Тайлу, чтобы подождал немного. Пусть к свадьбе готовится. Скоро приду!

— Не придешь, девочка, — заскрипел над ухом противный голос знахарки. — Уже на своих двоих никогда не придешь, — врезались страшные слова в подкорку подсознания, но я лишь улыбнулась в ответ. Не правду несет старуха.