Моё море

Да и процесс сборов значительно ускорился.

Когда мне на плечо легла чужая рука, я самым позорным образом взвизгнула. Испуг от неожиданности был сильнейшим.

— Да чтоб тебя! — воскликнула в сердцах, узрев физиономию сиэрнара. — Зачем так пугать?!

— Ты не откликалась на зов, — спокойно пояснил парень.

Я же едва задушила порыв броситься ему на шею. Глупо. Неуместно. К тому же, он мог вернуться лишь пожаловаться на что-то или вовсе поболтать на прощание. Да и если оно не так, мне-то как быть…

— Зачем ты вернулся? — решила не ходить кругами я.

Айрон отвёл взгляд в сторону, перекинул сырую косу на спину, нервно теребя браслеты на руках.

— Мне здесь не выжить, — наконец, выдал русал.

На такое заявление я могла только хлопать глазами. Круто. И что делать? Очевидно, послать парня обратно я не могу, такого не позволит моя совесть. Да и что скрывать от самой себя, внутри что-то восторженно радовалось, что Айрон вернулся. Но проблемы-то никуда не делись.

— Это всё, что осталось у меня от родного дома, — тоскливо произнёс иномирец, с тихим щелчком сняв один из браслетов.

— Возьми. Насколько я успел узнать, в вашем мире золото тоже ценится. Взамен прошу помощи в вопросе устройства в этом мире.

В руки мне упало массивное золотое украшение. Мигом растеряв все слова, я продолжала стоять на месте, пытаясь собраться с мыслями и найти хоть какие-то слова, но всё было тщетно. Видно, ему было больно отдавать эту вещь, и, наконец, ко мне пришло запоздалое понимание, почему.

Для Айрона ценность этих цацек состояла не в деньгах, это была память об утраченной родине.

— Я не могу, — замотала головой, вручая драгоценность обратно.

— Маша, — произнёс Айрон, заглядывая мне в глаза, — так нужно. У меня было время поразмыслить. Эти вещи дороги мне, но какой в них толк мертвецу? Здесь всё чужое. Наверное, нужны годы, чтобы самостоятельно понять жизнь на Земле. У меня нет столько времени, да и возможностей таких не водится.

Поэтому, если можешь, возьми это золото, чтобы решить проблемы финансов, и помоги мне. Пожалуйста.

Никогда прежде никто не говорил со мной так. Более диким было лишь то, что все эти слова, пробирающие до мурашек, задевающие особые струны в душе, исходили от капризного мальчишки, каким я большую часть времени видела и воспринимала Айрона. Его предложение — избавление от злободневной проблемы денег, я даже знала, кто бы хорошо заплатил за подобную красоту из золота.