Моё море

Иначе будешь у меня каким-нибудь слесарем третьего разряда.

Одарив сухопутную недовольным взглядом, поплёлся на второй этаж, чтобы опять мучить свою голову, ища себе призвание в мире, для сиэрнаров не предназначенном.

Глава 11

АЙРОН

Было очевидно, что в управленческую деятельность мне путь заказан, несмотря на то, что именно править меня готовили всю жизнь. Но тут, в первую очередь, надо хорошо понимать тех, над кем собрался главенствовать, а сухопутные для меня были малопонятны.

К счастью, всё же после долгих размышлений и сомнений я определился с родом деятельности. Мне всегда хорошо давался счёт. Когда я заявил об этом Марии, её лицо выражало огромное сомнение. Но всё же она кивнула и на следующий день достала огромное количество каких-то примеров, задач. После небольших пояснений я быстро разобрался, что к чему, немало удивив этим девушку. После стало сложнее, пришлось заниматься примерами оформления разнообразных документов. Тут пришлось помучиться, столько незнакомых терминов и непонятных вещей! Но спустя несколько дней я всё же справился, и тогда ошарашенная сухопутная согласилась — это моё.

Затем выбирали саму специальность. Вот тут было сложнее. Разновидностей было море, и половина была малопонятна. Маша сначала настаивала на бухгалтере, но я воспротивился. Пока изучали, что и как, я понял, что в это более женская профессия. В итоге остановились на специалисте по финансам и банковскому делу.

После чего пришлось долго и нудно изучать, что это за птица такая.

Со слов Марии знал, что ей удалось найти людей, которые моё имущество реализуют. Мысли о том, что отдаю последнее, что связывает меня с домом, болью отдавались в душе. Но стоит мыслить шире, мне нужно как-то устраиваться в этом мире, а это как раз даёт такую возможность. Нашла девушка и тех, кто сделает мне документы.

Тут проблема упёрлась в мой внешний вид.

— Айрон, с такой гривой ты выглядишь несолидно, — говорила она. — На бабу похож. Надо постричься.

Тут я стоял насмерть. Ни за что. Мария этого не понимает, но у нас волосы символ статуса. И никакие уговоры не заставят меня их обрезать, как преступнику или низшему слуге.

— Думать об этом забудь, — отвечал я.