Моё море

Ради Машки, ты ей оказался до странного дорог, переживает за тебя. Да и мне не нужен такой груз на душе, как жизнь с осознанием, что отправила живое разумное существо на опыты и муки. Так что можешь спать спокойно. Но со своим хвостом что-нибудь сделай. В следующий раз тебя может увидеть кто-то, кому важнее деньги, а не совесть.

В ответ я кивнул. Сам уже думал. Проблема есть, и серьёзная. Придётся снова учиться, тренироваться и изводить себя. Но прямо сейчас мне нужно поужинать.

Вскоре задумчивая тишина сменилась тысячей вопросов от Юлии.

Говорит, не хочет жить с мыслью, что отправила кого-то на пытки, а самой, значит, издеваться можно? И всё же как бы ни хотелось послать девицу, пришлось терпеливо отвечать на всё. Нельзя с ней ссориться, нельзя. В будущем эту мадам стоит избегать…

МАРИЯ

То, что теперь Юлия знала секрет Айрона, вызывало двоякие ощущения. С одной стороны — тревожной беспокойство. Подобное знание — страшный соблазн и жуткая ответственность в одном флаконе.

Мне ли не знать, как тяжело молчать, когда столкнулся с чудом лицом к лицу? Сможет ли это подруга? Мне хотелось верить, что да. Мои тайны она всегда хранила безукоризненно. С другой — облегчение. Теперь мне не нужно было лгать самому близкому человеку. Да, она давно стала мне куда ближе родни. Можно хоть с кем-то, кроме самого сиэрнара, поговорить об этом. Это было радостью. Сам парень был мрачен и напряжён. В отличие от меня, он был не столь уверен в девушке.

Но сейчас мне нужно было очистить голову от всего лишнего, так как наступил день аукциона. К моему разочарованию, Георгий Станиславович настаивал на том, чтобы я там присутствовала лишь удалённо, то есть, через интернет. Мужчина опасался, что я слишком смазливая и могу приглянуться кому-то не из самых благородных людей. Да и просто он был убеждён, что мне не стоит светиться в таких кругах. Пришлось смириться. И вот, «нарисовав» лицо, я устроилась у ноутбука, где уже вовсю шли торги.

Сначала меня бил мандраж, невероятное нервное возбуждение владело каждой клеткой, но вскоре я заскучала. Ничего интересного не было. Георгий Станиславович, кроме добра сиэрнара, решил заодно сбыть ещё десятка полтора вещей.

Всё протекало нудно. Толстосумы пили, общались между собой, потом разыгрывали несколько лотов и снова брали перерыв. Тоска. Мне казалось, я поседею от старости, прежде, чем очередь дойдёт до интересного лично мне.