Ольга и Пётр

— Надежда протянула мне два коротких меча в ножнах, — твои, как ты их там назвал, вот, бабочки, но один ведь корень?

— Верно. — Кивнул я, застёгивая пояс с двумя ножнами, мечи в которых тоже оказались из булата.

— Держи, — Вера протянула мне небольшой нож, который на фоне остального арсенала казался смешным. —Этот из чёртового булата, как и твои старые клинки.

— Спасибо.

— Смотри не потеряй, если ты не знал, то оружие из чёртового булата режет обычную броню как сека, мясо. — Пояснила Надежда.

— Сека?

— Вот смотри.

— Вера выхватила у Надежды из рук, оружие изгибом, напоминающее не то турецкую саблю, не то шашку.

— Булат тоже хорошо режет. — Досказала Надежда, отбирая свой клинок у Веры.

После всех приготовлений мы втроём направились к этой самой ведьме. Идти пришлось действительно не долго, может минут пять. Честно говоря, я представлял её дом несколько иначе. Передо нами предстал откровенно барак, самый что ни на есть трушный барак. Но если вспомнить, что она местная куртизанка, то всё сходится.

Надежда бесцеремонно ударила ногой в дверь, которая чуть не слетела с петель.

— Кого там черти принесли. — Раздался наглухо пропитый женский голос.

— Старые друзья пришли, открывай! — Крикнула Вера.

Дверь открылась и пред нами предстала… Если без мата, то кикимора с жутким запахом перегара, грязное голое тело завершало фееричный образ.

— Чё припёрлись? — Спросила Любовь.

— Есть хорошее предложение. — Сказала Надежда, — у тебя есть обоюдоострый кинжал, я хочу купить его, предлагаю три сотни золотых.

— В подтверждение свои слов она вынула большой мешочек.

— А он вам зачем? — Несколько протрезвевшим голосом спросила она.

— Не твоё дело.

— А правда. — Согласилась она. — Ща подождите. — Она скрылась внутри барка и вернулась уже одетая и при мече. — Золото меня не интересует, ты прекрасно…

Любовь не успела договорить, Вера молниеносным ударом меча снесла ей голову, кровь хлынула рекой.

— Я сказала, Надежда умрёт, только после меня! — С ненавистью и злобой сказала Вера.

Мы же с Надеждой прибывали в ступоре. Тем временем Вера, бесцеремонно пнув в сторону тело Любви, вошла в барак и вернулась оттуда с необычным кинжалом. Его необычность состояла в том, что он имел два лезвия одинаковой длинны. Никто ничего не говорил, каждый, итак, всё понимал. Я взял кинжал и направился к дому князя.

Как бы это не было странно его дом следовало брать именно в лоб. Если коротко, то просто замучаешься лезть в окна на третьем этаже.