Сеятели ветра

Раздался дикий грохот. Ханэ встрепенулся, глянул вниз. Перед глазами плыло.

В уши ввинтился чей-то пронзительный визг. Повернув голову, он приметил девчонку из Судза, которая тащила за собой Хину.

Кирин развернулся к ним всем корпусом. Дети попытались увильнуть в сторону, но чудище метнулось туда же и загородило им путь.

Ханэ рявкнул на кирина, но тот лишь скользнул по нему незаинтересованным взглядом. Как любой хищник, он жаждал разобраться с более слабой добычей. И он, в отличие от нормального кирина, известного нежным отношением к детёнышам, не колебался.

Ханэ рванулся вперёд, наперерез кирину. Он понимал, что сам увернуться не успеет, но это было и не важно. Главное, чтобы это чудище не добралось до детей. Девочки всё ещё были здесь, в двух шагах от кирина и ворона. Стояли бледные и недвижимые, прижавшись друг к другу. Даже если они очень хотели, они не могли сдвинуться с места. Скованные страхом, дети могли только наблюдать.

Кирин отшвырнул Ханэ в сторону. Крыло хрустнуло сразу в двух местах, и тело пронзила боль.

Ханэ заставил себя развернуться и подняться на две уцелевшие лапы, поджимая третью.

Ворон с разбегу вклинился между кирином и детьми. Он боднул девочек боком клюва, чтобы не поранить. Обеих отбросило на землю, и Аруха коротко пискнула.

Сработало.

Вскочив на ноги, Хина схватила подругу за локоть и рванула прочь. Кирин недовольно зашипел. Его бельма гневно сузились.

Хвост сверкнул в воздухе расплавленным золотом. Миг спустя Ханэ оглушило ударом по голове. Он даже не успел понять, откуда был удар.

В глаза бросилась темнота, и хоть он был всё ещё в сознании, не мог ни ударить в ответ, ни защититься.

Из липкой и холодной темноты его вырвал приглушённый крик.

– Ханэ? Ханэ, вставай! – кто-то звал его, тормошил, не давая соскользнуть в холодную темноту, и Ханэ был ему как благодарен, так и жаждал, чтобы неизвестный отстал. И без него голова гудела.

Ханэ неохотно разлепил глаза и тупо уставился на размытую фигуру. Он подметил, что фигура слишком хрупка и маленькая для взрослого ворона.

Неужто кто-то из детей вернулся?

“Почему его не удержали?” – вяло возмутился про себя Ханэ.

Ханэ медленно пошевелился. С усилием расправив здоровое крыло, он накрыл им птенца и притянул к себе, закрывая от глаз кирина, который был уже недалеко.

Ахнув, Шиёки на мгновение прижался к нему.

– Прости, я не смог увести его далеко, – прошептал Шиёки.

Ханэ хотел сказать, чтобы наследник убирался отсюда, но Шиёки выскользнул из-под крыла сам.