Сеятели ветра

Ради приличия Ханэ всё-таки спросил:

– А почему не с отцом?

– Да ну, с отцом… Он мне даже поохотиться толком не даст, – Шиёки уселся на столе с ногами, сбросив на пол обувь. – Ну, вся добыча будет его, а я так, на подхвате. А я тоже хочу кого-нибудь добыть!

“Боги милосердные, ну ты и дурак… – тоскливо подумал Ханэ. – Что ж, это станет для тебя уроком. И лучше его преподам я, чем кто-то из наших братьев”.

– Значит, со мной ты добычу разделить не против, – хмыкнул он, сцепив пальцы под подбородком.

– Так разделить – это другое дело, всё будет честно! Только давай заранее договоримся, куда полетим охотиться? И, может, установим там пару ловушек? Ну, на всякий случай…

Ханэ закрыл лицо руками, но не смог сдержать смех.

Всё-таки Шиёки был чистокровным Ёмори, готовым на любые хитрости ради своих целей. До подлостей, правда, он пока не дорос.

– Ты сам говорил, что все так делают! – Шиёки спрыгнул со стола, грохоча доспехами, наверное, на всю усадьбу. – Знаешь что? Я-то ловушки расставлю, только тебе не скажу, где они!

Ханэ замахал на него руками в притворном испуге, но Шиёки неумолимо продолжал:

– И вообще, полечу охотиться сам!

– Лети, – согласился Ханэ.

Подтянув к себе блюдо, он принялся перебирать фрукты, выбирая самые спелые. – Я, помнится, в твои годы так и сделал.

– Разве ты не должен меня отговаривать?

Ханэ наконец откопал среди грушевого засилья хурму.

– Это что-то изменит? – высасывая из-под тонкой кожицы сладкий сок, спросил он. – Я вот уверен, что нет.

Шиёки всплеснул руками, то ли желая возразить, то ли выражая сильные чувства, и вдруг налетел сбоку.

Мальчишка хлопнул его по плечам так, что Ханэ чуть не уронил плод, и тут же отступил в тень, но старший вранолюд успел заметить, как он дерзко усмехнулся и поманил пальцем, предлагая продолжить “поединок”.

Ханэ колебался всего несколько мгновений. Отложив хурму, он плавно поднялся с места и шагнул навстречу.

***

Дни пролетали за днями. Таруо уже устал считать, сколько они едут и сколько пути осталось.

Так и тянуло выскочить из повозки и пробежаться рядом, вздымая пыль, но приличия не позволяли. Вздохнув, он задёрнул тяжёлый полог и откинулся на подушки. Их с Нири повозка ехала в числе последних, чтобы в случае чего быстро отразить атаку с тыла. Сёстры были в середине, рядом с кирином, но Аруха то и дело убегала сюда, к Нири. На Таруо она до сих пор показательно обижалась.

– Никого, да? – лениво повернувшись, без особого интереса спросил Нири.