Сеятели ветра

Когда Шиёки подрастёт, его можно будет сделать своим помощником, и тогда ему придётся соблюдать приличия.

Светлый навес открепили от повозки. Ханэ перебрался поближе к Казу. Сердце заколотилось так, что ему не хватало воздуха. Казу застыл, как восковая кукла, но в его глазах Ханэ различил то же волнение, какое испытывал сам.

Ткань навеса отлетела в сторону, и взорам собравшихся предстала настоящая громадина. Это существо по размерам не уступало ятагарасу главы клана, и Ханэ ни за что бы не поверил, что его могли убить обычные волколюды, если бы не увидел его своими глазами.

По шкуре кирина разлетались сине-зелёные всполохи, переходя у самых копыт почти в чёрный. Расчёсанная грива и хвост пламенели солнечными оттенками до того ярко, что, казалось, об них можно обжечься. Но больше всего Ханэ поразил рог. Всего несколько раз в жизни он видел рога кирина, но они ни в какое сравнение не шли с этим. Сколько же добыча Таруо прожила на свете, раз успела отрастить на лбу рог, который по длине был как половина кирина?

Ханэ услышал, как Казу тихо вздохнул.

Его брат Обура, кажется, выругался. Вранолюды обеспокоенно переглядывались друг с другом, пока глава Судза неприкрыто наслаждался происходящим.

– Ого! – воскликнул Шиёки, высунувшись из-под локтя Ханэ. – Вот это у него морда! А он точно не оживёт?

– Он мёртв уже больше недели, – спокойно возразил наследник Судза, смерив при этом Шиёки холодным взглядом. – Я лично нанёс ему последний удар. Эта рана на голове у него от меня.

Шиёки тут же полез смотреть.

Он забрался на повозку, перескочил через ноги кирина и склонился над его мордой.

– А, вижу, кажется.

Шиёки спрыгнул с повозки раньше, чем кто-либо успел его одёрнуть, и снова пристроился рядом с Ханэ. Глаза мальчишки блестели от восторга. Лёгкую неприязнь со стороны Таруо он вовсе не замечал.

– Больше недели, да? Как же он не портится? – простодушно спросил Шиёки.

Таруо не изменился в лице, зато его спутник весело фыркнул и показал на боковую часть повозки.

– Видишь эти выжженные закорючки? Всё, что находится в повозке, портится раз в десять медленней.

Шиёки глубокомысленно промычал в ответ и, потеряв интерес к кирину, скрылся за спиной отца. Пробежавшись взглядом по лицам присутствующих, Ханэ отметил несколько любопытных для себя вещей. Во-первых, среди Судза нашлись те, кого выходка Шиёки не просто позабавила. Тот же Нири теперь смотрел на юного наследника с любопытством и снисходительностью старшего, хотя меньше часа назад зыркал на всех, как сыч.