Верни меня, если сможешь...

— Что–то, не помню такого, — вопросительно посмотрела на задумчиво смотрящую вдаль сестру.

— Ну как же… Ты почти неделю выносила нам с бабулей мозг, своим восторженным рассказом, какой твой принц прекрасный и что Сашка Караулов, по сравнению с ним, просто «дурныш». Слово–то ещё такое подобрала, «дурныш», и где только услышала!

— Лучше Сашки Куравлёва? Это того красавчика, в зелёных шортах и красных носках, на моей любимой фотографии? Как же я смогла такое забыть? — возмущенно воскликнула я, приложив ладони к щекам.

Алька с самым серьёзным видом посмотрела на меня.

— Вот и я не понимаю, как? — осуждающе покачала головой.

Какой – то миг мы молча смотрели друг на друга.

В следующую секунду пространство вокруг нас заполнилось заливистым смехом.

Смеялись мы долго, до слёз.

Образ моей первой любви всегда вызывал смех. Я явно выбирала себе фаворита исключительно по его любви к сочетанию несочетаемого, и припоминалось мне это не один раз.

За воротами послышалось урчание мотора.

—Дети приехали, — вскочила сразу Алька, позабыв обо всём. — Пошли встречать!

Но не успели мы даже опустить ногу, на первую ступеньку невысокой лестницы, как услышали весёлое.

— Мама! Мама… Ооо, Лия приехала!

В следующую секунду я уже была атакована двумя рыжеволосыми мальчуганами.

— Конечно, тётя Лия приехала, зачем маму целовать?, — забурчала ревниво Алька, а племяшки тут же рванули к надувшейся мамочке, звонко целуя с обеих сторон.

Мальчишки звонко, взахлёб, начали пересказ своего насыщенного утра. Слушая их, Алька накрывала на стол, не забывая переспросить подробности.

Как же я люблю находиться в этом счастливом мирке! Не хватает сейчас только Алексея, для полной идиллии.

Вспомнилось, как впала в истерику, узнав, что моя старшая сестрица, заменившая мне маму, заявила, о своём намерении выйти замуж.

Ещё вчера я по её же просьбе, говорила этому мужчине, что сестры нет дома или что она сейчас очень занята, а сейчас она хочет уехать к нему, оставляя нас с бабушкой одних.

Конечно, на самом деле она никого не оставила и почти каждый день прибегала помогать мне с уроками, а бабуле — по хозяйству.

На Алексея я ещё долго смотрела исподлобья, несмотря на его постоянные попытки завязать со мной дружбу.

До того момента, пока не появился Антошка — их первенец.