Я попала в тело принцессы фениксов!

Я выдыхаю и бухаюсь на пол. Что это сейчас вообще такое было?

Глава 5. К таким переменам меня ни одна из жизней не готовила

Лиран Кристофер Араэнтерон – определённо самый странный мужик из всех, встреченных мною в обеих жизнях.

- Если долетишь до того балкона, можешь назвать меня кретином, - заявляет король фениксов, прислонившись спиной к дереву, которое я день назад рассматривала в качестве возможного предмета спуска с балкона, до коего мне сейчас предлагают добраться с помощью крылышек.

Я смотрю на правителя КаЭмПэ так, как если бы намеревалась спросить: «Папа, а не долбанулся ли ты своей важной царской головой?» Хотя жестокая истина моего положения в том, что высказать подобное без дозволения я могу разве что подушке или плюшевому медведю.

И то, как вчера выяснилось, это рискованно.

- А если после ты ещё и нормально спустишься, приземлившись на ноги, как феникс, а не курица, то даже можешь сказать что-то, что определённо прямо сейчас вертится у тебя на языке, - мужчина усмехается.

– Судя по твоей вчерашней песенке, меня это позабавит.

Его вообще не смущает, что его шестилетняя дочь, пока он, как она считала, не видел, обзывала его психом? Как не смущает и то, что в качестве поощрения он разрешает маленькой девочке, принцессе, ругаться? Да откуда я, по его мнению, вообще такие слова знаю?! Этот чёрт точно ничего не смыслит в детях…

- Не хочешь? – король фениксов прикладывает указательный палец к тонким губам, которые часто складываются в бледную линию.

– Тогда, может, снова сбросить тебя с высоты?

Я резко отворачиваюсь от него и смотрю вверх, на резные перила балкона, за которым скрывается королевский кабинет. Погода сегодня, как и вчера, прекрасная, солнышко печёт, ветерок дует, где-то в глубине сада птички поют… Кстати, а вот интересно, это просто птички или птички-оборотни? Так, не о том думаю.

Мне уже морально двадцать четыре года! И быть постоянно маленькой хорошенькой девочкой немножко поднадоело! А тут такой шанс в лицо сказать этому придурку, кто он есть.

Неужели я его упущу? Иной возможности может ведь и не выпасть. Крылышки, родименькие, ну появитесь, пожалуйста!

И они появляются! Белые перья стремительно преображают обычные человеческие руки в два огромных крыла.

- Взмахни крыльями, - распоряжается Лиран Кристофер Араэнтерон за моей спиной. – Можешь согнуть ноги в коленях и подпрыгнуть.

Делаю, как он говорит, и, мама моя Мина, действительно взмываю.