Предвестники рассвета. Том 2. Через бездну

Кроме нас у него никого нет.

– Кроме вас? – переспросил Зорянский.

– Да. Я и родственники моего будущего мужа. Мы практически его семья.

– Я понял.

– Слав, а почему тоже? – спросила Валя, забыв, как обычно, об отчестве.

Зорянский улыбнулся.

– Да это я так.

Валя удивлённо смотрела на хирурга, её взгляд требовал ответа.

– Ну, хорошо, – сказал Зорянский. – Я объясню. Вы говорите, у него никого нет. А, тем не менее, каждый день приходит его невеста.

Взгляд Вали стал ещё более изумлённым.

– Странно, – прошептала она. – Кто это?

– Фамилия: Гончарова, а имя… Кажется, Ирина… Нет, Тамара. Точно… Тамара.

– Как Тамара? Не может быть! Они давно расстались, – вскрикнула Валя.

Зорянский встал и подошёл к окну.

– Значит, не всё Вы, Валечка, знаете о близком друге семьи… Кстати… Вон она идёт.

Валя резко вскочила.

– Где?

– Да вон. Я её отправил в главный корпус, а она опять возвращается.

Наверное, по мою душу. Видите?

– Да, вижу.

Конечно, Валя узнала девушку в бежевом плаще и прекрасно успела её рассмотреть. Она отошла от окна и, пристально глядя на Зорянского, твёрдо сказала:

– Ладно. Потом разберёмся. Сейчас главное – Макс. Его здоровье. Я могу его увидеть?

– Да, конечно. Пойдёмте.

Валя смотрела на бледное вытянувшееся лицо Макса, и у неё сжималось сердце.

«За что тебе всё это? Несправедливо! Как же всё это несправедливо! Ты только не умирай, Макс, пожалуйста, не умирай», – шептала Валя, не замечая, как слёзы текут по её щекам.

А и правда, есть ли в этом мире справедливость?

В Природе её точно нет. Антилопа рождается, чтобы стать чьей-то пищей, того же льва. Она оставляет потомство, которое тоже впоследствии станет чьей-то пищей. Самка паука «чёрная вдова» съедает самца после спаривания, получив от него ресурс.

Разве это справедливо?

Примеров несправедливости в жизни и природе огромное множество.

Не ищите справедливости. Нет её! Никогда не было! И не будет! И только глупец будет искать какую-то справедливость всю свою жизнь. И никогда не найдёт. Понимание справедливости слишком субъективно. Так же, как относительны добро и зло.

Нет справедливости, а есть целесообразность и необходимость.

Глава 28. Возвращение

Тамара смотрела на Макса, гладила его руку, пытаясь понять, что чувствует к нему сейчас.