Его огонь горит для меня. Том 1

Поняв, что для этих целей маленькая гостиная моих покоев не подходит, я убедила всех переместиться в ближайшую столовую, где мы с комфортом расселись вокруг большого стола, а я его возглавила. Вместо карточек я использовала клочки бумаги, а правила все уяснили быстро. Я объявила сезон Мафии открытым.

Игра произвела фурор. Приглашённые взрывались эмоциями, создавали одни коалиции, ломали другие и меняли свои мнения. Азарт игры захватил их настолько, что они едва могли себя контролировать и уж точно не думали о том, что за ними наблюдают.

Келай оказался очень хорошим лгуном, а вот Сина я читала как открытую книгу.

Двойняшки показали себя неплохими актрисами, но набор ужимок у них был сильно ограничен, уже спустя три игры я научилась вычислять их ложь. Сарлем прекрасно себя контролировал, а вот Даттон поддавался эмоциям. Итан пребывал в шоке, что Тамила легко могла обвести его вокруг пальца, и, кажется, всерьёз задумался о её вероломности.

Сам он врал довольно посредственно, так что не одна лишь невеста раскусывала его игру, но обижался он только на неё.

Тамила оказалась хорошим соперником, но легко угадывалось, что она хотела играть только за мафию. Становясь обычной горожанкой, она словно потухала, поэтому её тоже несложно было вычислить. Что касается лекарей, то они показали себя лучше. Все, кроме Синная, держались спокойно и довольно ровно. Видимо, профессия наложила отпечаток.

Мы успели сыграть четыре раза, когда мои лекари вдруг вспомнили, что я нарушаю постельный режим, а за окном глубокая ночь.

Вся компания жаждала продолжить завтра, но я была непреклонна. Музыкальные вечера чередуются с игровыми, только так и никак иначе.

Ни Хашшаль, ни Эддар, ни Ринар не почтили вниманием наши посиделки, но это и к лучшему. Если насчёт Эда я не могла сказать точно, то остальных двоих я видеть не хотела. Шаль в моих глазах потерял статус приятеля и напарника. Я уяснила, насколько легко он меня прирежет в случае необходимости или по приказу.

Ночью во сне я виделась с сестрой. Лене я могла бы рассказать больше, чем маме, но не захотела. Ощущение эйфории, исходящее от неё, было настолько сильным, что я предпочла греться в лучах благодарности, а не вываливать на сестру свои проблемы. Однажды я расскажу ей всё и воспользуюсь её советами, но сейчас я хочу, чтобы она была счастлива.

Глава шестнадцатая, о подготовке к походу ​

Проснувшись, я первым делом приняла ванну.