Извините, но я люблю злодея!

И для местных это считается нормой. Они вряд ли что-то заподозрят, а для меня, привыкшей к совершенно иному письму, это кажется полнейшим бредом. Я знаю несколько языков и владею ими свободно, но это…

Даже самый посредственный человек, взглянув на этот алфавит, скажет, что его придумала женщина, которая ОЧЕНЬ любит различные завитушки, петельки, бантики и украшения. Это чувствуется в каждой букве, которую приходится вырисовывать. Вначале я просто не могла понять, что это: каждая буква чем-то похожа на предыдущую, но с небольшим отличием.

Но я не я, если сдамся так просто. Пришлось приготовиться к данному уроку как прилежная ученица. Бумага, перо, чернила… После чего под руководством Уильяма стала делать себе шпаргалку, а именно писать алфавит данного мира, а рядом уже привычное для меня значение. Вот только Уильям не сразу понял, что это привычные для меня буквы. Вернее, он вообще ничего не понял.

— Что это за домики? — бросил он, смотря на родную для меня кириллицу.

— Это не домики, это… — начала пояснять, а после решила, что лучше не стоит: это может занять слишком много времени, а после наверняка последуют те вопросы, на которые отвечать особо не хочется. — Это подсказка для меня, чтобы быстрее выучить. Не обращай внимания.

— Хм! — фыркнул недоверчиво Уильям, скрестив руки на груди и гордо задрав подбородок. — Глупо выглядит. Особенно вот этот домик.

Господи… Да что плохого тебе сделала буква «Д», что ты её домиком назвал? Ладно, не буду на это реагировать, а продолжу тренироваться в написании всех этих петелек.

Как парнишка и обещал, он объяснял всё доступно, лаконично, и, если нужно, повторял одно и то же по нескольку раз. Однако тот факт, что это просто другой алфавит, а не целый язык, значительно упрощал мне учебу, что неоднократно удивляло самого мальчишку.

Однако с ним не всё так просто.

Пока я сидела и писала одну закорючку за другой, стала замечать на себе кроткие взгляды со стороны юного маркиза. Лицом был спокоен, но уши краснели. Он смотрел то на мои пухлые ноги, то на живот, руки и даже на грудь. Сидел рядом: то есть не смотреть нереально, но вот так вот нагло пялиться… нужно ещё уметь.

В обычное время я бы нагрубила и отмахнулась, но тут всё совсем иначе. Сам факт того, что смотрел «этот мальчишка» и смотрел «на меня» выносил мне мозг.