Извините, но я люблю злодея!

А этот ещё и первый ученик Короля Демонов. Вам несказанно повезло. Но почему он не ест? Разве мальчик не голоден? Хм?

Инкуб с улыбкой наклонил голову на бок, явно заинтересовавшись моим братиком. Вот только этот взгляд заставил Алана напрячься ещё больше. Ему ой как не нравится, когда так рассматривают. Да и вообще, демоны мальчишке не по нраву.

А почему он не ест? Да потому что — вашу эту парашу — ни один нормальный человек есть не будет. Если демону всё нипочём, то для человека это выглядит, как яд. Спасибо, но Алану ещё расти и расти.

Хотя изредка я могу проникнуть на кухню демонов и приготовить что-то более-менее съедобное. Я и сейчас на всякий случай сделала небольшой обед, вот только не подала его, чтобы это не выглядело странным. Иначе у демонов будет много лишних вопросов.

— Ваш ученик — такой очаровательный мальчик, — мягко произнесла Клернес, присоединяясь к брату. — Уверена, мы непременно поладим. Чтобы нам было удобнее общаться, можешь звать меня сестрой.

Чё?! Нет, она явно на чужую территорию заходит.

И мой гнев весьма праведный. Но я сейчас не злилась. Вовсе нет. Я пребывала в ужасе, так как знала своего братика. А он ой какой собственник в плане родственных отношений. Принять нового человека, даже связанного кровью, ему тяжелее, чем пешком всю землю обежать. И именно это стало отражаться в холодных аметистовых глазах. Стол и вся посуда вокруг мальчика вмиг заледенели. Даже слегка затронуло посуду Элвина, да вот только он сделал вид, будто ничего не заметил. Всё в порядке. И даже слова против не сказал. А вот демонов это насторожило.

Клернес поняла, что перешла ту черту, которую трогать не стоит. Вообще.

В итоге, не выдержав, Алан спрыгнул со своего стула и молча направился ко мне, стоящей около стеночки и молча наблюдавшей за происходящим. Мальчик ничего не сказал, просто взял меня за руку и встал рядышком. Только когда наши ладошки соприкоснулись, он наконец-то успокоился и стал обычным милым ребёнком.

— И что это значит? — цокнула языком Клернес, не понимая того, что происходит.

— Хм… А они чем-то похожи, — заметил Арманд. — Родственники? Может, мать или тётя?

Эй! Я, конечно, понимаю, что душой старше вас всех, но это тело мало того, что юное, невинное, так ещё и выглядит, как сдобный кексик. В матери-то меня не вписывай. Хотя в средневековье в четырнадцать лет уже и замуж выдавали. Чего уж там про детей говорить…

— Они брат с сестрой, — как бы между прочим пояснил Элвин.