Академия Космического Флота: Пограничный филиал

Так и хотелось предложить подруге, чтобы та прошлась по поверхности столешницы стерилизующей антибактерицидной лампой. Но я прекрасно понимала: Казимир тот ещё противный тип! Обязательно пересмотрит записи с камеры и придерётся к увиденному.

— Вот здесь пятно пропущено.

Указала пальцем на грязно-коричневый развод на столешнице и, меняя тему, продолжила:

— Мне всё-таки кажется, что надо искать другую работу.

— Ну и куда ты пойдёшь? Разве у тебя есть приличное образование? Думаешь, возьмут хоть где-нибудь просто так? Вивьен, очнись! «Услада» — лучшее, что могло с тобой произойти! — Она понизила голос.

— Здесь ты получаешь чаевые, которые официально не внесены в трудовой договор, и можешь оставлять их себе, а не отдавать мачехе! Где ещё найдёшь такую замечательную подработку?

Джина смотрела на меня широко распахнутыми глазами. На её лице отражались искренность и лёгкое недоумение. Она действительно верила в то, о чём говорила. — Здесь можно завтракать и обедать, а если Казимир зазевается, то даже прихватить что-нибудь с собой домой на ужин.

Бутилированную воду, импортированные фрукты или мясо он, конечно, не разрешает пробовать, но макароны или кашу — пожалуйста.

Губка на столешнице продолжала отвратительно вонять. Где-то неподалёку за столиком кадетов раздался очередной свист, а за ним последовал взрыв хохота, в котором уже можно было различить и женский голос. Видимо, не дождавшись от скромной официантки должного восхищения своей персоной, блондин решил найти кого посговорчивее среди посетительниц «Услады».

Ноги гудели, пластырь, кажется, отклеился, и водяная мозоль всё-таки лопнула. Меня замутило.

— Эй, Ви! — Из состояния заторможенности меня вырвал звучный голос нашего повара. — Всё готово. Долго тебя ждать? Иди, отнеси гостям еду.

Ничего не отвечая Джине, молча поставила на поднос четыре чашки эспрессо, три тарелки с бургерами и ещё одну взяла в левую руку — целиком заказ не помещался.

«Сейчас обслужу седьмой столик, закрою счёт, и можно будет пойти домой.

Уже пятнадцать часов на каблуках… Как же я устала…»

Подошла к шумной компании молодых людей, которые на этот раз, занятые беседой с представительницей прекрасного пола, не обратили на меня никакого внимания, и принялась расставлять тарелки.

— Пикси завалил на спарринге! За три минуты! — рассказывал блондин какой-то девушке, усадив её подле себя.

— Что, правда? — восторженно захлопала длиннющими ресницами девица.

— Вот такой приём сделал! — Оратор взмахнул рукой.