Исцелить сердце дракона

На нем явственно улавливалось охранное заклинание, из чего следовал вывод – внутри, скорее всего, хранилась очень ценная информация.

- Что ты натворила!

Застигнутая диким вскриком врасплох, я выронила тубус и обернулась.

Вопреки ожиданию, Клейя смотрела не на меня, а на побелевшую от испуга Кассандру.

- Только не говори, что украла тубус у Кассиана?

- Одолжила, - неуверенно оправдалась Кассандра. – Из чистого любопытства, - голос упал до визга, - клянусь.

- Когда?

- Мм… Когда приходила просить разрешения на конные прогулки за пределами поместья, - лихорадочный блеск карих глаз выдал сильное беспокойство девицы.

– В покоях тогда был Рунольв. О чем-то докладывал дяде.

- И? – нетерпеливо зарычала Клейя.

- Да не помню. Кассиан разрешил, отвлекся на мага. Я повернулась уйти, но заметила тубус. Он так красиво блестел… Я просто хотела посмотреть, а после незаметно подкинуть.

- Ненормальная! – Бросила вторая, вскакивая с дивана. Вытянула руку и зашептала слова заклинания перемещения.

Предмет воспарил и плавно лег в раскрытую ее ладонь.

После чего был подвергнут детальному рассмотрению то сужающихся, то расширяющихся драконьих глаз.

- Проклятье, Кассандра, - выдохнула она минуты через три.

О моем присутствии сестры, кажется, забыли.

- Знаешь, что это такое?

- Нет.

- Друг с факультета боевой магии как-то рассказывал. Это тубус императорских посыльных. Чувствуешь созданное вокруг мощное защитное поле? Через такую оборону не пробиться ни одному даже очень сильному магу. Еще, друг говорил, их намертво «связывают» с везущими их курьерами.

В случае гибели или нападения на оного тубус разрушится. Открыть такие способны всего двое: хозяин и адресат.

Кассандру затрясло.

- Уверена?

Многозначительно хмыкнув, я отвернулась.

Не скажу, что сильно порадовалась промаху девиц, но впервые с начала работы в поместье сочла, что справедливость, наконец, восторжествует. Не все же аристократам издеваться над ринами. Пусть сами разочек схлопочут по наказанию.

- Как тубус попал к Кассиану? – Продолжали у меня за спиной.

- Какая разница! Лучше думай, как его вернуть.

- Может, сознаться? Не станет же дядя наказывать родных племянниц? Или станет…

Захваченная процессом упаковки кремового корсета в металлических крючках и заклепках перестала вслушиваться в раздражающую мозг болтовню. Отправила вещь в сундук и потянулась за парой лаковых туфель, но спину ожгло чем-то горячим.

- Ева, - прозвучало прямо над макушкой.

Девицы стояли непозволительно близко.