Исцелить сердце дракона

Круглая огранка подчеркивала игру бликов в гранях магического камушка, а искусно сотканная золотая оправа придавала композиции легкости и изысканности.

- Сердце избранницы не останется равнодушным, - пообещал владелец лавки.

Пожалуй, он прав.

Поблагодарив старика, спрятал кольцо во внутренний карман куртки и вернулся на улицу, отмечая первый луч восходящего солнца. Если срезать дорогу через парк – можно поспеть в особняк к завтраку.

Двинулся обратно в приподнятом настроении. На автомате наблюдал за открытием магических лавок и скверов, а, достигнув нужного поворота в зеленые насаждения, собрался поторопиться, но привлеченный витриной с дорогой женской одеждой, замедлил ход.

Давно пора нарядить Еву в приличное платье, дополненное элегантными перчатками, шляпкой и украшениями; как-никак, она – леди из высшего общества. Впрочем, в отличие от большинства женщин с какими Рейден имел близкие отношения, избранная в ланнаи девушка еще ни о чем его ни разу не просила. Хотя была прекрасно осведомлена, что прихоть избранницы – для дракона закон.

Это в ней говорит врожденная стеснительность? Или дело в обычаях людской расы, о которых императорский беллатор раньше – разве что слышал краем уха и то половину опускал за ненадобностью.

Как бы там ни было, в культуре будущей жены он разберется чуть позже. А сейчас самое время купить ей подарки. В конце концов, он всего лишь помог бежать любимой из поместья. А она… Все это время она бескорыстно исцеляет его душу и тело, не позволяя Тьме окончательно поглотить драконью ипостась.

Преисполненный решимости опустошить магазинчик с одеждой, а затем соседний с дамскими аксессуарами, шагнул в направлении изящного, с коваными перилами крыльца и в этот момент испытал острый дискомфорт в области грудины, вызванный сильнейшим стрессом.

Не своим… Эмоции ему передались от Евы.

Сразу за этим в голове пронеслось:

«Рей, я в опасно…»

А потом ловца захлестнула болевая волна, вызванная внезапным ментальным разрывом с духом-служителем.

Не успел осмыслить факт нападения на Оша, голова взорвалась резкой болью. Как если бы кто-то саданул его по макушке чем-то большим и тяжелым. Тело сковала мучительная слабость. Зрение заволокло туманной пеленой, и ноги с трудом удержали в вертикальном положении.

Подавив отголоски девичьей боли, сделал долгий глоток через рот.