Ставка на ведьму

 – На занятии вы даже на два балла не наскребли! Этому я, впрочем, не удивился, у девушек вообще всегда проблемы с моим предметом. Видимо, природа не считает нужным наделять вас математическими способностями. Но теперь вы вдруг приносите идеальную работу. Как такое возможно?

Мариган подозрительно прищурился и уставился на меня.

Ой, всего‑то? Аж от сердца отлегло! Главное, что ошибок нет и переделывать ничего не надо, а уж врать‑то мы, ведьмы, когда надо, можем очень качественно!

– Я растерялась! – быстро ответила я.

 – У меня сейчас не лучший период в жизни, а тут контрольная совершенно неожиданная, время ограничено, вот я и занервничала. А потом собралась, и все получилось. Да и как иначе? Вы ведь очень хорошо даете материал.

В подтверждение своих слов я широко и искренне улыбнулась, но профессор на лесть не купился.

– Кассиэль, – позвал он всевидящего ябеду. – Кто из студентов помогал адептке Тиррель? Или она использовала шпаргалки?

– Нет, – ровно проговорил невидимый хранитель академии.

 – Адептке Тиррель никто из учащихся не помогал, и шпаргалок она не использовала.

Уфф! Я, конечно, знала, что Кассиэль в первую очередь подчиняется ректору, а лишь потом преподавательскому составу, но все же легкие опасения оставались. Впрочем, внешне волнения я ничем не проявила и продолжила улыбаться как ни в чем не бывало.

– Ну надо же, – Мариган все еще недоверчиво покачал головой. – Что ж, хорошо. Но поскольку это пересдача, отлично не поставлю.

Только четверку. А в следующий раз соберитесь с мыслями сразу на контрольной и свои личные переживания оставляйте за дверью аудитории.

– Буду стараться! – радостно отрапортовала я и поспешно покинула кабинет старого ворчуна.

Теперь на повестке дня оставались только приятные моменты в компании лорда Алистера!

Глава 3

Глава 3

В свою комнату я влетела с намерением превратиться в самую обворожительную девушку королевства. Как оказалось, Котелок и метелка тоже этого желали, а потому всячески пытались помочь.

– Помаду возьми поярче! – лез с советами домовой, пока я занималась макияжем. – И глаза, глаза подчеркни! Жирнее линии, больше туши! Тебе что, жалко? Она ж медяки жалкие стоит! Мажь, говорю!

– Котя, я в дорогой ресторан иду, а не в бордель работать, – одергивала я, но безуспешно.

Домовой в ответ бормотал что‑то невнятное, а затем вновь начинал требовать «пожирнее да побольше».