Кошачий переполох, или снова сюрприз

Напряжение за столом чувствовалось столь явно, что гости не решались притронуться к приготовленным блюдам: король молча сидел, уставившись в полупустой бокал, и вовсе, казалось, не замечал происходящего, а придворные старались не привлекать к себе внимания, боясь вызвать на себя гнев монарха. Слуги тоже пребывали в заметном смятении. Была пора подавать вторую смену блюд, а ещё и первые были никем не тронуты.     

Наконец, у одного из слуг не выдержали нервы, и блюдо, неловко удерживаемое трясущимися руками, с оглушительным дребезгом приземлилось на мраморный пол.

- И что здесь происходит? - грозно поинтересовался он, обведя окружающих внимательным взглядом.

Слуги тотчас же засновали по залу, приводя его в порядок. Беднягу, потерявшего сознание, под руки увели прочь. Гости тут же уткнулись в свои столовые приборы, пытаясь наверстать упущенное; послышался соответствующий любому обеду шум отодвигаемой посуды и лязганье ножей и вилок по тарелкам.

- Граф, что вы думаете о помолвке вашего сына? - неожиданно спросил король, подвигая к себе бутылку вина.

- Я думаю, Ваше Величество, что преемственность - вещь неплохая, - ответил граф, промокая губы салфеткой.  

Король непонимающе выгнул бровь.

- А при чем тут это? - осторожно поинтересовался он.

- Ну как же, Ваше Величество! Вы зачем меня вызвали из поместья? Вы просили меня принять звание начальника королевского гарнизона, но так как я слишком стар для выполнения столь ответственных обязанностей, то должность по наследственной линии перешла бы к моему сыну.

- Да, так. И при чём тут помолвка? - всё ещё не догадываясь, к чему клонит граф, уточнил король.

- Не торопитесь, Ваше Величество, - с улыбкой ответил граф. - Не далее как сегодня утром вы хотели меня осчастливить и супругой... - Фальтавский сделал небольшую паузу и с деланым вздохом закончил: - И мне не оставалось ничего другого, как и эту непосильную для моих почтенных лет обязанность переложить на сына.

Король громко рассмеялся такому определению преемственности, гости дружно поддержали своего господина. Обстановка за столом слегка разрядилась.

- Вот за что я вас всегда уважал, дядюшка, так это за бесценное чувство юмора.     

Граф прижал руку к груди и поклонился.