Кошачий переполох, или снова сюрприз

Похоже, это он испугался! - радостно добавил он. - Я же говорил, что он не только людей боится!

- Вот те кошка! Так зашугать здоровенного пса! - восхищённо помотав головою, произнёс конюх, поднимаясь по ступеням господского дома.     

Осторожно протолкнув меня в специальную дверку, отправился к сыну, всё ещё невнятно бормоча и осмысливая произошедшее. Вскоре и все остальные слуги подошли к собачьей конуре, и, показывая пальцами на затаившегося в глубине и скулящего пса, негромко обсуждали случившееся, удивлённо охая и ахая.

    

Мне же приключений хватило с достатком, и, решив больше не испытывать судьбу, я прошмыгнула в спальню Ника, не позаботившись даже о позднем ужине. Да и аппетит совсем пропал после пережитого.     

В комнате царил запах винных паров, пропитавший и разбросанную по полу одежду, и сам воздух комнаты. Взобравшись на постель, где с самым счастливым лицом посапывал Ник, я осторожно поднырнула под его бок, свернулась клубочком и, дав себе обещание завтра подумать о двойном превращении, самым бессовестным образом провалилась в сон.

    

Обычно я редко вижу сновидения, но сегодня в моём мозгу проплывали яркие картины, как мне казалось, взятые из детства. Сначала было страшно, сердце бешено колотилось в груди, затем навалилась тяжесть...Сон давил, заставлял ворочаться, стонать, кроме того, было почему-то очень холодно, в конце концов, я решила открыть глаза. Давление не пропало, холод тоже.

Я осмотрелась.     

Положив свою руку мне на грудь, ко мне, со всей тяжестью человеческого тела и с блаженной улыбкой на лице, прижимался Ник, причмокивая и что-то бормоча во сне. Кстати, прижимался-то он вовсе не к кошачьему телу, да и грудь была тоже не кошачья...     

Отчаянно взвизгнув, я забилась, пытаясь вырваться из железных объятий, но Ник не хотел так быстро отпускать свою добычу и прижал меня крепче, и только когда я дёрнулась второй раз и полоснула ногтями по его руке, он вздрогнул и открыл глаза.

Сказать, что он удивился, - значит, не сказать ничего вообще. А я, воспользовавшись секундным замешательством и стряхнув державшую меня руку, бросилась прочь из комнаты, по пути схватив первое, что попалось на глаза в качестве прикрытия. Бежать на двух ногах было неудобно, а опускаться на четвереньки в человеческом обличье - и вовсе глупо. Тем не менее мне удалось кое-как выскользнуть из спальни.