Ронни и тайный замок дракона

Магических книг и формул ведьмы и ведьмаки не признают, а для заклинаний используют древний язык жестов и звуков.

Я взглянула на Зака, застывшего рядом со мной неподвижным изваянием. Он о чём-то задумался, и, судя по сведённым вместе бровям и плотно сомкнутым губам, его мрачные мысли были обо мне. Как можно быть таким непробиваемым? У него совсем нет сочувствия к людям и другим живым существам?

Вздохнув и поправив растрёпанные волосы, я демонстративно отвернулась от куратора и стала высматривать звёзды и луну, что изредка мелькали в разрывах облаков.

Фиора — город, где не жаловали магов, — казалась в темноте бесформенным нагромождением домов, деревьев и заборов. Вот и хорошо, что наутро мы уезжаем! Мне совсем не хотелось здесь задерживаться.

— Ты должна пообещать мне, что это было в первый и последний раз, — промолвил Зак мне в затылок. — Иначе завтра же утром я отправлю тебя обратно в Академию.

— Вот как? А ректору ты сказал, что справишься! Так быстро сдался?

Чуть повернув голову, я скосила глаза, чтобы посмотреть на его реакцию.

Куратор не постеснялся — взял меня за плечи и развернул лицом к себе. Это что? Гнев или проявление власти?

— Ты просила взять тебя на практику, и я твою просьбу выполнил, хотя мог бы не обратить на неё никакого внимания. В Академии полно магов общей практики, многие из них гораздо способнее и опытнее тебя, желторотой первокурсницы.

— Я не желторотая! — огрызнулась я и дёрнулась в его руках.

— Повторяю: ты попросила — и я сделал.

— Не просто так, ты ведь сказал, что я должна тебе одно желание, — прищурилась я.

— Всё верно.

— Выходит, твоё желание состоит в том, что я должна хорошо вести себя, даже если рядом со мной будут избивать собак, детей и женщин?

— Нет, Ронни, это не моё желание, это правила и закон! — отчеканил некромант, не сводя с меня глаз.

— Ах вот как, не хочешь тратить желание на такую ерунду?

— Это не ерунда!

Не пойму, какого цвета его глаза. Такие тёмные, словно в них кроется самая суть его магической силы.

Опасной и чуждой всем живым существам. И фонарь, висящий над нашими головами на крыльце трактира, отражается в зрачках Зака точно в окне. Отражается, но за стёклами глаз совсем ничего не видно.

Не желание, значит. А каким же будет его желание? Холодные мурашки поползли по моей спине, стало неуютно. Я осторожно повела плечами — и пальцы некроманта разжались, но взгляд не отпустил меня.