Ронни и тайный замок дракона

Я села напротив него на кровать, провела по волосам расчёской, взяла мамино зеркало и попыталась из-за него украдкой заглянуть в записи куратора. Странно: теперь строчки расплывались перед глазами, словно чернильные буквы источали серый туман. Некромант поймал меня на хитрости и наконец-то улыбнулся, отложил перо.

— Герб дома Луэль? Ты говорила, что происходишь из простой семьи, Ронни.

— Я… да. Это не моё. — Заметив недоумение на лице Зака, я тут же исправилась: — Зеркало мамино.

— Можно взглянуть?

— Пожалуйста.

— В твоём личном деле в Академии ни слова не сказано о доме Луэль. Юную волшебницу с корнями великих стихийников приняли бы на факультет боевой магии, а не общей практики.

Зак осторожно вернул мне зеркало, всё ещё ничего не понимая. Эх, всё-таки считает меня «половинкой мага», как и все остальные.

— Великие стихийники из дома Луэль понятия не имеют о том, что я есть на свете. Поверь, в их родовых книгах обо мне тоже не сказано ни единого словечка. Но это память о маме, поэтому я храню его.

— Память? Мама оставила тебя? — почти шёпотом спросил некромант.

— Она умерла, Зак.

— Ты в этом уверена?

— Что? — Я вскинула ресницы, но куратор покачал головой.

— Прости, ничего.

Я не сердилась. Мэтт громко кашлянул, напоминая нам о своём присутствии, и я торопливо закрыла шкатулку, убрала её на дно сумки и погасила часть плавающих под потолком огоньков.

— Значит, так, ребята, мне нужно переодеться. Прошу вас обоих отвернуться!

Они послушались. Ну наконец-то, хоть что-то сделали дружно, не сцепившись между собой.

Я стянула платье, скинула туфли, решив назавтра достать из саквояжа башмаки: уличная грязь не располагала к ношению изящной обуви. Забралась под одеяло, свернула из него уютный кокон и пододвинулась к стенке.

— Приличные девушки так не говорят, — улыбнулась я из своего укрытия, — но всё же здесь ещё много места. Думаю, будет честно, если Мэтт займёт половину этого сказочного ложа.

Целитель добыл нам ночлег, а Зак всё равно собирался поработать… И всё же моё решение не слишком понравилось некроманту.

Он насупился, с молниеносной скоростью завершил записи в своём дневнике — перо скрипело так, словно вот-вот сломается, — а после снял с крючка плащ и взялся за дверную ручку.

— У нас ещё два дня дороги впереди, — тихо сказал он. — Постарайтесь как следует выспаться.

— Зак, нас ведь просили не высовываться в зал! — окликнула я его.

— Я не собираюсь высовываться. Переночую в повозке, ночи теперь тёплые.

И ушёл.