Приключения Арины. Мир Шира

Конн подошел ко мне и обнял за плечи, прижав к своей груди. Его теплые шершавые губы коснулись моего виска. Над ухом послышался тихий шепот:

— Все хорошо. Мы все пока еще живы. Сережа здесь, с нами. Леония готовит отряд. Мы не одни.

Вздохнула. Застегнула последнюю пуговицу на рубашке мальчика и спросила:

— Сереж, ты голодный?

Мальчонка похлопал пышными ресницами и промолчал.

— Без толку. Не знаю, что они с ним сделали, — сказала, развернувшись к Конну лицом.

Заглянула в его карие глаза. Попыталась запомнить их, отложить в памяти.

Перевела взгляд на губы, обрамленные щетиной. Не удержалась и прикоснулась к ним своими. Сухие, мягкие, теплые. Он прижался ко мне теснее, углубив поцелуй. Мы на мгновение потерялись в отчаянной ласке, а когда Конн оторвался от моих губ, я вобрала ртом воздуха, наполняя легкие. На глаза навернулись слезы. Меня переполняли эмоции. Прижалась к мужчине, которого успела полюбить всем сердцем, и долго не отпускала, отсчитывая секунды в голове.

— Я кушать хочу, — раздался тихий голосок Сережи.

Отпрянула от возлюбленного и повернулась к мальчишке. Схватила его махонькие ладошки и, улыбнувшись, молвила, стряхивая с ресниц слезы-горошины:

— У меня есть мясная каша, м-м-м, объедение. Будешь?

Ребенок кивнул. Мысленно перекрестила малыша и, подойдя к печи, загремела крышками чугунков.

— Пойду подготовлю оружие, — сказал Конн и вышел из кухни.

Проводила его взглядом, а потом кивнула мальчонке на стол:

— Садись, Сереженька.

Тот послушно запрыгнул на лавку.

Быстро наложила ему в миску каши, времени подогревать ее не было, кто знает, когда вернется Леония. Но ребенка хотела накормить до нашего похода. В том, что путь будет долгим и трудным, была уверена.

Сунула в кашу ложку и поставила миску перед мальчиком:

— Приятного аппетита. Водички не хочешь?

Сережа помотал головой. Ну, хоть не игнорирует мои вопросы, и то хорошо. Может быть, малыш пребывал все это время в шоке, ведь ему как-никак через многое пришлось пройти.

Пригладила взъерошенные мальчишечьи волосы и улыбнулась, когда он начал есть. Сама присела напротив, спрятав руки под стол и сжав кулаки.

Нервы были на пределе, сердце

б

ешено билось, а в голове проносились страшные картины с павшими воинами, монстрами и их главным злодеем — Онгхусом. Я не знала, как он выглядит, но воображение рисовало мне его в длинном черном плаще с капюшоном на голове. Не было видно ничего, кроме острого подбородка и белого оттенка кожи.