История одной нежити

Добровольцев доноров найти было трудно, поэтому приходилось еще между стычками с нежитью, охотиться для пропитания. Кровь животных пили вампиры, мясо жарили и ели все. Но все равно от того, что Ларкус рядом, мне было хорошо. Это мне напоминало то время, когда мы встречались на трасе из Арама в Ланиию, и стрев непринужденно разговаривал со мной и называл «маленькой вампиршей».

Несчастье случилось неожиданно. Мы преследовали с десяток зомби, которые направлялись к ближайшему людскому населению, и нам хотелось перехватить их до встречи с людьми.

До них оставалось не более сотни метров, когда на нас выскочили люди, вооруженные арбалетами. Видимо, они приняли нас за нежить в темноте. Мы остановились и выставили щиты, но как оказалось, несколько опоздали. Тималь оказался ранен, Сегальн тоже. Хотя у нас отличная регенерация, но арбалетный болт, разворотивший плечо Тималя, оказался смазан какой-то местной отравой. Кожа вокруг раны стремительно чернела, а противоядия не было. Была необходима кровь, свежая, способная очистить от яда сосуды Тималя. А пока он медленно умирал у меня на глазах. И я предложила ему свою. А что оставалось делать?

Люди, сначала испугавшиеся своего поступка, так как их можно было обвинить в нападении на Стражей, зароптали, видя, как вампир впился в мою руку и с жадностью глотает кровь. У них опять возникли ассоциации с нежитью, и кто-то не выдержал, выстрелил. Попали мне в ногу. Зря мы успокоились и сняли щиты. А вот мне вряд ли кто поможет, думала я, выдергивая отравленную стрелу.

Теперь кровь была нужна и мне, а там где-то уже зомби пробираются к поселению.

Ларкус успокаивал людей, а я готовилась к смерти. Не знаю, что случилось со мной, может это был эффект от яда, но на меня накатила волна ярости, такая, которую я не испытывала даже при жажде мести за смерть Винольма. Красная пелена задернула глаза, и я уже не видела ничего, не слышала ничего, кроме звука бившихся в страхе сердец. Этот страх заставил меня подняться и сделать прыжок в их сторону.

- Спасайтесь! – это был последний звук, который я слышала, а потом только вкус крови на губах и боль во всем теле.

Очнулась я связанная по рукам и ногам. Нестерпимо ломило все тело, жажда сушила горло. Разве я только что не пила кровь? Ведь я чувствовала её вкус! Почему я ничего не помню?! Я хотела крикнуть, но только захрипела.

Ко мне кто-то подошел, но в глазах стоял туман. Кто? Где я?

- Господин Ларкус, я не могу ничего сделать. Этот яд очень опасен.