Со смертью заодно

Мне кажется, они поссорились с мужем, а вот из-за чего… Но слуги решили, что её преследует дух деда, с которым у них при его жизни были ужасные отношения.

— Надо же, я тоже так подумала! — фыркнула я. — Это правда? В смысле, они не ладили?

Дмитрий засмеялся.

— Мягко сказано, Марфа в молодости считала себя непревзойденной красавицей и мечтой поэта. Не сказать, чтобы это действительно соответствовало реальности. Худая, бледная, с томиком возвышенных, бессвязных стихов очередного гения в руках. И круг ее общения деда не радовал.

Поэты, художники, актёры, экзальтированные типы с манией величия. Дед же всегда был солью земли. Крепкий, основательный, вёл хозяйство сам, жена его давно умерла. Скандалы в усадьбе гремели каждые полгода, и дед спускал с порога очередного жениха богемной наружности, вещи жениха летели следом. Тогда Марфа со злости вышла замуж за небогатого дворянина, так сказать, первого встречного — назло деду.

— В таком случае её увлечение спиритизмом укладывается в историю. От поэтов к призракам! — я едва сдерживала смех, представляя Марфу Михайловну, окруженную чахлыми юношами, с тетрадочками стихов в руках.

С печи донеслось громкое мяуканье, мы втроем уставились в том направлении и увидели кота. Он перетек на пол и утопал под стол. Я нагнулась и осмотрела пыльный пол, но кот исчез, Дмитрий почесал кончик носа, кашлянул и сказал.

— Дело в том, что она и раньше не могла отличить гениального поэта от бездарности. Да и призраки её посещением никогда не баловали. До этой недели! Ещё что-то узнал?

Он взглянул на Марка, тот устало зевнул, прикрывая рот рукой.

— Нет. Больше ничего выяснить не смог, все слишком напряжены и испуганы.

— Ну что ж, возвращаемся, нам не стоит выпускать объект надолго, а то не выдержат нервы и удерет, ищи его тогда по городам и весям.

Мы решили возвращаться в усадьбу, как и пришли, по отдельности. Марк отправился первым, Дмитрий потушил печь, вычистил магией пепел (бытовой магией, как оказалось, он владел лучше, чем я) и спустя час, вручив мне ключ от дома, выдвинулся в сторону деревни.

Я, выждав полчаса, заперла дверь на ключ, прихватила его с собой, действительно, лес перестал быть уединенным местом, по нему бродили толпы народу. Кот больше не показывался ни в доме, ни в лесу, хотя я, шагая к усадьбе по тропинке, неосознанно высматривала в близлежащих кустах темный гибкий силуэт. Подходить к озеру не стала, обошла его по широкой дуге, понимала, место таит много тайн, но одной мне было с ними не справиться.