Со смертью заодно

В комнате воцарилась мертвая тишина (сравнение в тему), Дмитрий подал мне руку.

— Позволите, Дарья Викторовна, — Егор Олегович мягко коснулся моего предплечья.

— Конечно, Егор Олегович! — я мягко улыбнулась.

Все находящиеся в комнате затаили дыхание в ожидании появления потусторонних сил. Огоньки свечей горели ровно, часы, стоящие на комоде у окна, пробили восемь раз. Марфа Михайловна взяла иглу с продетой в ушко алой нитью и положила на доску. Все присутствующие неотрывно следили за каждым ее движением.

— Ни в коем случае не разрывайте контакт, держитесь за руки, что бы ни происходило, это очень важно, — Марфа Михайловна ухватилась за нить и, подняв иглу, установила ее острый конец на доску. — Чей дух мы будем призывать первым?

Сидевшие за столом в панике переглянулись. Наконец Егор Олегович откашлялся и предложил:

— Деда вашего, Николая Павловича!

Марфа смерила его уничижительным взглядом, очевидно, его выбор ей не пришелся по душе, но так как все остальные молчали, она высокомерно кивнула.

— Мы призываем душу усопшего Николая Павловича! Приди и говори! Приди и говори с нами!

В ее завываниях появились некие особые нотки, буравчиком вонзающиеся в мозг. На месте покойного предка я бы на подобное приглашение ни за что не откликнулась. Или, напротив, появился, но лишь для того, чтобы устроить знатный переполох и отбить охоту беспокоить почивших родственников раз и навсегда. Игла над доской медленно начала вращаться, Марфа ее немного приподняла, она закачалась на нитке.

— Если ты здесь, дай нам знак!

Игла уткнулась в надпись «да», Екатерина Ивановна охнула. Марфа что-то зашептала и закачалась еще энергичнее. Надеюсь, ей досталось крепкое кресло, хлипкая мебель подобные издевательства может и не выдержать.

— Есть ли у тебя послание для твоих потомков?

Игла снова закачалась, периодически утыкаясь в новую букву на доске: «с» «м» «е» «р» «т» «ь». Игла выскользнула из пальцев Марфы Михайловны, она распахнула глаза, в них отразилось пламя горящих свечей.

— Ах, над кем-то в этом доме распростерла свои черные крылья смерть! — воскликнула она громко.

Вера вздрогнула и нервно хихикнула, дамы молча переглянулись, все ждали продолжения, и никто и не подумал ослушаться прозвучавшей ранее просьбы и разорвать круг. Егор Олегович устало вздохнул. У меня, как назло, зачесался нос от удушливого дыма свечей.