Со смертью заодно

Похоже, ночью мошенник выглянул в окно (и каким-то чудом не заметил меня), узрел силуэт Василия Петровича возле амбара, а не обнаружив на месте саквояж, сделал вывод, напрашивающийся, в общем-то, сам собой: его присвоил Василий Петрович! Однако, учитывая то, что там были припрятаны ворованные украшения, впрямую обличить вора не мог! Вот это поворот!

Дмитрий явно пришел к тем же выводам и тоже откровенно наслаждался пантомимой. Марк ошалело переводил взгляд с меня на Дмитрия. Утром я не застала его в комнате, соответственно просветить в ночные приключения не имела возможности.

Начало празднования было назначено на пять часов вечера. Покончив с завтраком, мы чинно отправились на прогулку вдвоем. Марк и Вера в карете (по поручению Розы Павловны) укатили в город на почту за очень важной посылкой. По словам ловкой дамы, послать за ней слуг она не могла, так как они и так сбились с ног, занимаясь подготовкой к празднику, а молодым людям необходимо было развеяться после вчерашних треволнений.

Мне оставалось держать лицо, отыгрывая роль невесты, и страдать от невозможности все рассказать Марку. В переполненном доме за все утро мне это сделать так и не удалось, рядом с нами постоянно сновали гости и слуги. Я едва выкроила пять минут, затащив его в музыкальную комнату, чтобы поставить на него защиту от морока, и спросила, почему он подобрал ключ в библиотеке. Ответ оказался ожидаем, как я и предполагала, он заметил, как ключ выпал из кармана мошенника, тут же его подобрал (сам не понимая зачем, сказал, что сработал хватательный рефлекс). Едва я закончила, в дверь вошла Екатерина Ивановна с охапкой нотных листов.

Василий Петрович под мрачными взглядами жулика едва выдержал завтрак и, сказавшись больным, заперся в своей комнате, очевидно, подальше от чокнутого родственничка. Сам же родственничек вышел из дома вслед за нами и теперь мерил шагами дорожку неподалеку от главного входа. Судя по всему, он боялся, что вор удерет с его саквояжем, вот и занял наблюдательный пост.

Я с Дмитрием, прогуливаясь по тропинке вдоль кромки леса, разглядывали оголившиеся ветви деревьев на фоне пятен зеленых елей. Пели птицы, светило осеннее солнце, под ногами шелестели опавшие листья. Решили, что так нам будет проще избегать ненужных вопросов о нашей липовой помолвке и такой же липовой предстоящей свадьбе. И держались на приличном расстоянии от дома, показательно мило беседуя о том о сем.