Шаманка-2. Жена слепого мага

— Думала, будет хуже, — обрадовалась я. Этан почему-то лукаво улыбнулся в ответ. — Хуже будет потом?

— Сильно хуже уже нет. Не шевелись, пожалуйста.

Ох, мама, во что я ввязалась? Но отступать поздно. Игла выводила узоры на плече, клановый маг расслабился и насвистывал что-то весёлое. Время шло — и я поняла, о чём речь. Спина затекла. В боку закололо, рука онемела, и ощутимо клонило в сон. Тело было в шоке. Нервная система не понимала, почему хозяйка игнорирует болевые импульсы, и продолжала настойчиво меня долбить.

Никакого “сдаться” не случилось. Наоборот. Кожа на плече отекла, и каждый прокол я стала чувствовать острее.

Ёрзала на стуле от души. Ужом изворачивалась, лишь бы дать отдых уставшим мышцам. На часы в гостиной старалась не смотреть. Какая разница, два часа прошло или три, если работа не закончена? Есть совершенно не хотелось, только пить. Хотя служанки несколько раз приносили угощения. Обед, полдник, ужин, фрукты, пирожные, чай. Да, уже стемнело, а мы ещё сидели.

— Игла тонкая, линии толстые, — проворчал Этан, — поэтому долго. Но пучок игл я брать не хочу. С ним больнее.

Вопрос: “А как делали тебе?”, я в себе удержала. Рукава клановый маг закатал с самого начала. Белые узоры покрывали его кожу так густо, что я невольно сглотнула. Вряд ли Хегай жалел строптивого “щенка”. Особенно после того, как Этан проклинал предков. Цена избранности высока.

“Цена всегда ровно такая, какую ты готов заплатить, — прозвучал голос принцессы.

— И без согласия ничего не делают”.

Да-да, помню. Я здесь по своей воле, и Этан много лет назад хоть и ругался, но из дома наставника не уходил. А потому в сторону жалобы и нытьё. Сейчас я чуть-чуть расслаблюсь, и станет хорошо. Лишь бы не уснуть…

Справились мы в итоге за восемь часов. Финальным штрихом клановый маг смыл с моего оленя на плече остатки краски, выступившей сукровицы и наложил повязку. Потом сознание спуталось. Я кивала на инструкции служанкам, как ухаживать за мной.

Ничего не запомнила. До кровати меня вели под руки и раздевали, как младенца. Устала я смертельно. Рухнув на подушку, свернулась клубочком на левом боку и отключилась.

Глава 22. “Позови его!”

Сон был тяжёлым. Я плавала в черноте, пугаясь редких красных всполохов. Проснуться не получалось. А уйти на глубину мешала мысль, что я забыла что-то важное.

“Позови его”, — приказал строгий мужской голос.

Да, сейчас, только проснусь.