Шаманка-2. Жена слепого мага

Но вроде бы древние кочевники говорили об уровне развития души, сравнивая человека с овцой, оленем или грифоном. Овцы — рядовые соплеменники. Оленями называли элиту, и лишь шаманы могли приблизиться к состоянию грифона. Коснуться кончиками оленьих рогов мудрости иных миров.

— Красиво, — тихо сказал Франко. — Рисунок с таким смыслом не жалко на себя нанести.

Я прикусила язык, чтобы не ляпнуть: "А ведь у Дарги тоже были татуировки. Давайте набьём вам лошадь на груди и спине. Надо же как-то и вашу память будить". Нет, рано.

Слепой маг должен сам дозреть. Я надеялась, что процесс обретения себя после шаманской работы в оранжерее уже запустился. Нужно время, чтобы уцелевшая частица души Дарги достучалась до своего нового воплощения, как до меня достучалась принцесса. Торопиться нельзя.

— Ну раз все согласны, тогда назначим день, — ведьма хлопнула в ладоши и забрала дневник. — Когда Сокол свободен?

— Послезавтра, — уверенно ответил его старший брат. — Кеннет в отъезде. Быстрее Фредерико с навалившимися на него делами не расквитается.

— Превосходно, — ведьма зачерпнула ложкой ещё тёплый суп. — А где баранина? Что происходит с меню в особняке Гвидичи?

— Приятного аппетита, Вивьен, — оборвал её Франко. — Жди десерт, если тебе не нравится суп.

Ведьма зыркнула на него, но промолчала.

Глава 2. Часть клана

После сытного ужина я встала из-за стола, мечтая разрезать тесное платье. Наелась от души. Хотела сразу пойти в спальню, но по дороге заглянула в библиотеку. Там мне выделили целый шкаф, куда Анри поставил собранные им книги о кочевниках.

— Татуировки, — бормотала я, наугад снимая с полки фолианты. — Ритуалы, магический смысл…

Нашлось до смешного мало. По мнению бессалийских учёных рисунки отражали принадлежность к роду и показывали социальный статус владельца. Процедуру называли архаичной, болезненной. Господа академики радовались, что в прогрессивном обществе от неё отказались.

— Ну и зря, — фыркнула я, захлопнув книгу.

В свете лампы закружилось облако пыли. Подобрав юбки, я всё-таки пошла отдыхать.

Один поворот, второй, третий — и знакомый силуэт у двери.

— Лин Гвидичи? — Хозяин дома обернулся на голос. — Что ж вы молчали? Отправили бы кого-то из слуг. Давно ждёте?

— Только пришёл. Заходить в ваши комнаты без вас постеснялся, а прислуга занята вечерними хлопотами. Зачем их беспокоить?

В оправдание не очень-то верилось. Скорее уж он скрывался от любопытства кузины. В воздухе дрожало марево, как от нагретого асфальта.