Тать на ваши головы

А сейчас я не просто злилась, я была в ярости!

— Знаешь, я тебе благодарна за спасение от Чиполлино, но всему есть предел. Нельзя меня брать и молча тащить куда-то, понял? Может, я не хочу?

Плющу, естественно, было плевать на мое желание, и как-то благодарность моя к нему исчезла. Совсем.

Встала на первую ступень, с тоской посмотрела наверх. Идти туда не хотелось, потому как мой первый опыт общения с плющом закончился обрушением часовни. Выжить в рушащемся особняке будет сложнее.

«Это она?» — вдруг прошуршало в моей голове.

Я замерла, а потом медленно, холодея от ужаса, оглянулась.

— Мама! — плюхнулась на зад, задирая голову.

Надо мной завис вихрь, только он был крупнее, мощнее и страшнее, чем плющ. Вдобавок двигался совершенно беззвучно. И внутри все та же проступающая между вращающихся кругов темнота, от которой мое горло сжал спазм панического ужаса.

«Мелкая какая-то, — искренне посетовали в голове, добавив огорченно: — Еще и страшная».

Вот это «страшная» отрезвило. Я отмерла, поняла, что в носу нестерпимо свербит — вихрь поднимал скопившуюся пыль в воздух точно метла, — и оглушительно чихнула. А еще поняла, что зря я веревочку для висельника предполагала, вот она, передо мной, круги наворачивает, аж тошнить от вращения начинает.

Но потом все перекрыло осознание: со мной говорят! По-русски. Хотя вряд ли. Не важно, на каком языке, главное — говорят!

«Слушай, она так на меня смотрит, словно видит», — прошуршало удивленно.

Я склонила голову.

«Хм, точно видит», — сделали вывод, а потом вихрь опал, трансформировавшись в веревку, которая закачалась перед моим лицом на манер «кобра дома, и кобра удивлена».

— Еще и слышу, — сдавленно заверила я веревку.

Та от шока аж опала, потом снова поднялась.

«Как такое может быть?» — потрясенно спросили явно не у меня. На полу зашевелилась кучка жухлого плюща, и вот могу поклясться, что они друг друга прекрасно понимали, а я почему-то могла слышать лишь веревку.

«Одаренная? Но зачем?.. Ты прав. Раз так получилось... Может, и к лучшему».

Глава 4

«Так. Встала и пошла за мной».

Я осталась сидеть, еще и позу приняла максимально выражающую протест: с места не сдвинусь, а если кому-то хочется, пусть идут сами, то есть ползут.

Не знаю, как у нее это получилось, но веревка вздыбила растрепанные ворсинки, став похожей на ершик. Очень злой ершик.