Цена мира

Вооружившись им, принцесса крадучись направилась к двери покоев.

Но не успела она отворить её, как дверь открылась сама. На пороге стоял, глядя на неё снизу вверх, чёрный кот с синими глазами.

И едва Линетта успела расслабиться, молвил человеческим голосом:

— Доброе утро, госпожа.

— А-А-А-А-А!

Демон-кот шмыгнул в сторону, уходя из-под удара кинжалом. Одним прыжком он оказался на вершине шкафа и уже оттуда заверил:

— Госпожа, я не причиню вам вреда! Я дворецкий в этом доме!

— Дворецкий?.. — переспросила Линетта, выставив кинжал перед собой.

Сердце бешено колотилось.

— Так у вас это называется, — ответил кот, — Я служу господину Ингвару, отвечаю за дом и координирую работу других слуг. Господин приказал мне дождаться, когда вы проснетесь, и позаботиться о ваших нуждах. Кроме того…

— Ты демон? — прервала его принцесса, задав самый важный вопрос.

Хотя, конечно, ответ был очевиден.

— Вы называете это так, — подтвердил кот, — Я демон и дворецкий.

Линетта выдохнула было спокойнее, но тут же вспомнила, что напугало её сперва.

— Кто кричал? — торопливо спросила она, стараясь сместиться так, чтобы хоть краем глаза видеть и демона, и входную дверь.

— А, — ответил кот, — К вам пришла девица Бей’Гленна. Господин велел допускать её к вам, поэтому я не стал её есть. Но когда я сообщил ей о вашем пробуждении, она отреагировала примерно так же, как вы, за вычетом удара кинжалом. Прикажете пригласить её в ваши покои?

— Конечно! — обрадовалась принцесса, — Приглашай!

Гленной звалась её камеристка, смуглая и большеглазая девушка пятнадцати лет, помогавшая своей госпоже с одеванием, макияжем и множеством других поручений.

Она была ближайшим доверенным лицом Линетты еще в Данаане и сопровождала её на всем пути в Асканию. Линетта никогда не называла её подругой: слишком различен был их статус и слишком неравными были их отношения; однако думая, что больше не увидит её, принцесса поймала себя на том, что… скучает.

— Госпожа, я так рада, что вы в порядке! — заявила Гленна сразу после подобающих поклонов, — Хеленд Ар’Бранд высказывал опасение, что… Что кесер будет плохо с вами обращаться.

Принцесса улыбнулась. От мысли о заботе рыцаря на сердце вдруг почему-то стало тепло.

— Не беспокойся. Этой ночью Ингвар был аккуратен со мной.

Рушить его обман с простыней она, естественно, не собиралась.

По крайней мере, сейчас.

— Госпожа, позвольте, я помогу вам одеться, — сказала камеристка.