Цена мира

Я мог бы позвать её в пределах поместья, но моим возможностям тоже есть предел.

— Что за задание? — уточнила девушка, слегка нахмурившись.

— Она сопровождает и защищает от опасностей человека, которому господин благоволит.

На расспросы, что это за человек, принцесса предпочла не тратить времени. Она, в конце концов, еще не завтракала сегодня, — но как это за ней водилось, собиралась заняться этим уже после воплощения пришедшей на ум задумки.

— Ладно, тогда позови мне сюда Гитару и Паучиху, — приказала Линетта.

Паучиха оказалась размером с небольшую кошку.

Вытянутые лапки и характерный узор из пятен выдавали в ней паука-шелкопряда, но цвет их был не оранжевым или зеленым, как у настоящих шелкопрядов, а насыщенно-синим. Демонесса бесшумно вошла в комнату и взбежала по руке принцессы с явным намерением напугать её.

Только вот Линетта никогда не боялась ни пауков, ни насекомых. Ощущение бегающих по коже мелких лапок она находила даже по-своему приятным. Нет, конечно, она понимала, что некоторые виды насекомых разносят опасные болезни.

И, к примеру, тараканов необходимо безжалостно вытравлять. Но пауков она знала, как животных очень полезных в домашнем хозяйстве.

И не боялась их.

В свою очередь, Гитара пришла к ней в человеческом облике. Это была невысокая, чуть полноватая девушка со смуглой кожей и черными волосами. В её чертах было нечто восточное, да и широкое, бесформенное одеяние не слишком походило на привычное для этих мест.

Как вскоре выяснилось, в человеческом обличье Паучиха тоже была брюнеткой.

Но в отличие от Гитары, она была высокой, бледной и худой. А еще она рассказала, что именно она, по приказу господина, за одну ночь сотворила платье, в котором Линетта была на свадьбе. Будучи шелкопрядом, демон-паук могла создавать немыслимые одеяния из паучьего шелка.

И принцессе было очень интересно проверить её пределы.

Поэтому вместо того, чтобы приказывать новоявленным служанкам надеть на неё одно из платьев, привезенных из Данаана, или пробовать что-то из консервативного асканийского стиля, Линетта развела руки и приказала изготовить ей платье, какого супруг еще никогда не видел.

Наблюдая за неуловимыми глазом движениями паучьих лапок, принцесса на ходу разъясняла свое видение того, что должно было получиться, пока вторая демонесса наносила ей легкий макияж.

Линетта помнила, что в первую брачную ночь Ингвар пренебрег ею. Оглядываясь назад, принцесса понимала, что это во многом её вина. На свадьбе она вела себя, как будто делала одолжение.