Цена мира

Линетта тяжело вздохнула:

— Ты в моем доме. Не бойся. Даже если Ингвар и захочет вдруг причинить тебя вред, я не позволю ему это сделать.

Внутренне она надеялась, что это так. Что её слово хоть что-нибудь значит. Что она госпожа здесь не только формально.

Потому что в противном случае перед своим мужем она беспомощна.

— Не бойся, — повторила она, убеждая скорее себя, чем Бранда, — Я не дам тебя в обиду.

Асканийский рыцарь прикрыл глаза.

— Спасибо…

— Это я должна благодарить, — ответила Линетта, — Ты защищал меня там, у «Пляшущей Форели».

Ты пострадал из-за меня. Ты…

Она запнулась.

— Ты пострадал из-за того, что последовал за мной.

Принцесса замолчала и несколько секунд собиралась с силами, чтобы сказать кое-что, что не говорила никогда в своей жизни. Эти слова были для неё немыслимы и чужды.

Но сейчас они казались правильными и необходимыми.

— Прости меня. Это моя вина. Это все моя вина.

Линетта отвернулась, пряча столь несвойственный ей стыд и раскаяние.

— Я втянула тебя во все это, не подумав о последствиях.

Я думала, что все пройдет легко и точно по плану. Я думала, что мы легко спасем этих девушек, просто потому что я захотела их спасти.

Да. Так было всегда. Она привыкла к этому с детства. Третье дитя короля Ар’Риардайна, она получала все, чего захочет. Новое платье стоимостью с годовой доход небольшого города? Портрет от лучшего художника страны? Состязание менестрелей со всего мира? Национальный праздник в честь её ручной белочки? Ей достаточно было пожелать, и все было бы исполнено.

То же было и когда начал давать знать о себе её дух бунтарки и искательницы приключений. Сбегая из дворца, она знала, что любая авантюра, какую она затеет, увенчается успехом. Тайна будет разгадана. Справедливость будет восстановлена. Те, кто нуждаются в спасении, будут спасены, а злодеи будут наказаны. О, Линетта совсем не была дурой. Хоть ей о том и не говорили, она давно догадывалась, что найти по-настоящему опасных приключений отцовские слуги ей не позволят.

И когда она сбегала, они уже знали, с чем она столкнется.

И вот чем обернулось дело, стоило ей остаться без их попечения. Стоило ей в чужой стране повести себя так, как она привыкла на родине, — и человек, последовавший за ней, отважный, благородный человек, — едва не погиб.

Думая об этом, Линетта чувствовала себя глупой девчонкой, — девчонкой, от чьей глупости страдают другие.

— Прости меня, — повторила она, — Я не хотела, чтобы ты пострадал, помогая мне.