Ветер с запада

Поздоровавшись, Гвидион и Риана принялись водить вокруг неё руками, как до этого делал Эглаборг. Сам же он сидел за столом и просматривал записи в книге.

- Вы правы, это воздействие высших сфер, - поделился своими наблюдениями Гвидион. – Она сильная, поэтому Горний мир навредил ей не так сильно, как неодарённым. Аура должна восстановиться в течение нескольких недель. Это время я советовал бы вам не напрягаться, а сегодня и вовсе не вставать с постели. Вытяжка омелы поможет снять болезненное состояние.

- Угу, авалорцы всё от болезней живота до судорог лечат омелой, - проворчал Эглаборг тихо, но его услышали.

- Я делюсь личным опытом, - хмуро ответил Гвидион.

- Предложите что-то другое? – с вызовом спросила Риана.

- Я уже сделал ей отвар из душицы, аира, зверобоя, мелиссы и пустырника, - он снял крышку с чашки, от которой валил густой пар, и протянул её Дугаве. – Пейте по чуть-чуть, чтобы не обжечься.

- А что же Николас? – напомнила Герда.

- На нём в детстве часто появлялись следы Горнего мира, особенно до того, как мы забрали его в общину.

Он их едва замечал и не считал чем-то опасным, - припомнил Гвидион. – Под нашим присмотром он перестал сбегать неизвестно куда, и следов стало меньше.

- Мне понадобится помощь, чтобы подлатать её ауру, - намекнул Эглаборг, что если они не собираются ничего делать, то могут быть свободны.

- Да, конечно, - согласилась Риана, а остальные скрылись за дверью, чтобы не мешать.

- Эглаборг обычно более вежливый, - попыталась скрасить неловкость Герда.

- Ничего страшного. Потомственные целители ревностно оберегают секреты своего ремесла, - по-доброму усмехнулся Гвидион. – Манера у него очень характерная.

Майли ушла проведать дочку, а Вожык отправился докладывать обо всём Ждану. Скоро тот должен был прибежать и начать кудахтать, как наседка, лишившаяся драгоценного яйца.

Когда Эглаборг с Рианой закончили, то позвали Герду с Гвидионом обратно в смотровую.

Дугава уже выглядела намного бодрее.

К щекам возвращался румянец, из глаз пропал лихорадочный блеск. Отвар окончательно остыл, и она допивала его большими глотками.

- Как ты? – спросила Герда.

- Жить буду. Знаешь, мне даже понравилось. Я ощутила себя частью чего-то большого. И неважно, что видение забылось так же быстро, как сон, - ответила она с усталой улыбкой.

Из коридора донёсся тревожный топот. Ждан, что ли, так бежал? Даже неодарённые притихли.