Ведьма на хозяйстве, или не драконьте попаданку!

Разве что пока я валялась лягушкой, Эван успел сделать в моей спальне ремонт и сменить мебель… нет, точно нет. Дождешься от такого скряги…

Кстати, а во что я одета, если все вещи остались в поместье?

Осторожно приподняв одеяло, зажмурилась, и тут же опустила его обратно. Ну да, я была абсолютно голой, а на лорде Эване только портки красовались…

Интересно, мне уже можно начинать ругаться на тему того, что мной воспользовались? И как поступить дальше?

С одной стороны, Нортон (если верить обрывкам воспоминаний) заботливо вытащил меня из бадьи и уложил сюда, ничего плохого мне не сделав.

Но с другой… какого лешего он меня в свою кровать засунул, да еще сам рядом увалился, а?

Пока размышляла, стоит ли мне тихонько вернуться в свою комнату, и утром сделать вид, будто ничего не было, или же нужно немедленно разбудить аристократишку и потребовать на себе жениться за поруганную честь, Эван зашевелился, не оставляя мне выбора.

Я уже набрала воздуха в грудь, чтобы начать скандал, но лорд, все так же посапывая, притянул меня к себе, уткнувшись носом в плечо и щекоча шею своим дыханием.

Грудь его вздымалась ровно, глаза оставались закрытыми, и по всему было очевидно, что Нортон до сих пор крепко спит.

На некоторое время я замерла. Руки Эвана, сухие и горячие, крепко сжимали мою талию под одеялом, и от этого по телу расползался жар.

Впрочем, оцепенение длилось ровно до тех пор, пока не почувствовала, как в ногу упирается нечто твердое, весьма характерной формы…

Развернувшись, я изо всех сил оттолкнула лорда от себя подальше.

Сил оказалось слишком много (а может сам Эван просто лежал к краю слишком близко), но в любом случае, Нортон скатился, и с громким «БУХ» ударился об пол.

Поднялся, позволив мне в полной мере осмотреть отчетливо выступавшие под тканью трусов очертания того самого, что тыкалось в ногу, и растеряно взлохматил свои светлые волосы.

Впрочем, кажется проснуться до конца его не заставило даже падение. Лорд лишь сонно пробормотал:

– Что случилось?

А потом полез обратно в кровать.

И только укрывшись одеялом и получив от меня очередной чувствительный тычок, он открыл глаза, оглядел мое лицо, а потом с некоторым удивлением выдал:

– Кира? Что ты тут делаешь?

– Я? Что я здесь делаю? Это я у вас хотела спросить! – выпучив глаза, я села, отняв у лорда большую часть одеяла.

– Ах, да, точно… – Эван тоже сел, потер лоб. – Вот за это и не люблю сонные зелья…

– Сонные зелья? – еще сильнее вылупилась я, хотя казалось, сильнее уже было невозможно.