Ведьмины косы

– кожа на спине горела под его ладонями.

– Да-да, я помню: холодность, и чтобы никто не подумал о моей симпатии к тебе. При посторонних я холоднее льда. Разве нет? – Арета не видела его лица, но, судя по тону, Ричард улыбался.

– Отпусти... – она пыталась разозлиться, но отчего-то не получалось. Ричард не переступал черту. Даже объятия были, хоть и горячими, но вполне целомудренными, без ползанья ладонями по её телу и ныряния под сорочку.

– Анна, мне просто нужно немного человеческого тепла, вот и всё, – и он, действительно, отстранился и сделал шаг назад.

Глава 31

В этот момент злость у Ареты всё-таки вырвалась наружу:

– Твоя беспечная самонадеянность может дорого обойтись всем нам! Вспомни, сколько покушений на тебя было за прошедшую неделю? На какое везение ты надеешься? Чёрт возьми! Мы же с тобой договаривались!

– Беспокоишься за меня?

– Злюсь.

– Беспокоишься, – его губы бесстыже и совершенно неуместно расплылись в улыбке. – Ладно, будешь зорко следить за тем, чтобы маги вели себя хорошо.

Встретимся за завтраком. Мне пора, – Ричард снова оказался непозволительно близко, чмокнул ведьму в кончик носа и торопливо покинул покои.

Как бы ни старалась Арета сохранять безопасную дистанцию с королём, но та всё сокращалась и сокращалась. Пожалуй, пора признать правду: их тянет друг к другу.

Вопреки первоначальному убеждению, ведьма не ощущала вины за то, что впустила в свою жизнь личную привязанность. Напротив, богиня будто бы сама подталкивала Арету к Ричарду. Звучит глупо, но как объяснить тот сон-видение?

Отсюда вытекает следующий вопрос: какую цель преследует богиня, сводя их вместе? Отводит ли Арете роль королевы Ригера?

Ответа пока нет.

Арета переоделась и поспешила покинуть королевские покои, пока туда не нагрянула с уборкой горничная. Конечно, Ричард отдавал указания, чтобы раньше завтрака его спальню не трогали, но в этом дворце творится масса неподконтрольных королю вещей. Рассекречивать их с Ричардом совместные ночёвки – плохая идея.

Сон после разговора и прощания с Ричардом слетел окончательно, поэтому даже вернувшись к себе, Арета не смогла уснуть.

Снова облачилась в сорочку, залезла под одеяло и проворочалась в постели час.

Неспокойно.

То ли эмоции будоражат рассудок, то ли предчувствие надвигающейся беды и ускользающего времени.

***

К завтраку Ричард успел. И даже пришёл переодетый, хотя, насколько успела заметить Арета, чистоплюйством не страдал.

Чем можно испачкаться в казематах – легко догадаться.