Ведьмины косы

за столиком, где они с Тристаном вчера ужинали, уже сидел вчерашний знакомец, а рядом исходил ароматным паром завтрак на двоих. Сытный завтрак!

Сам маг в чёрном, как и в прошлую встречу, был сама собранность. Один в один как вчера: та же поза, тот же наглухо застёгнутый сюртук. Словно Тристан всю ночь неподвижно просидел за столом.

– Рад, что ты не натворила глупостей, Анна, – голос, как и вчера, стальной.

– Надеюсь, знакомство со мной не помешало вам отдохнуть ночью? – поинтересовалась она, лишь бы только не выказать волнения.

Сомнения по поводу принятого решения по-прежнему терзали её.

– Ничуть, – тут же последовал безэмоциональный ответ. – Присаживайся. Твой завтрак, – он кивнул на две тарелки с кашей и омлетом и кружку горячего молока, стоящие на столе.

– Чем обязана на этот раз? – Арета посмотрела прямо в стальные глаза собеседника.

Пускай ответит, прежде чем принимать от него подарки. А то так и должницей недолго стать.

– Да всё там же. Завтрак ни к чему тебя не обяжет, не бойся. Советую подкрепиться как следует, потому что в следующий раз мы поедим нескоро, а ты должна быть в состоянии вести конструктивный диалог.

– Я думала, мы переместимся порталом в столицу?

– Да. Верно. Но, во-первых, Ригертон огромен, и пока мы доберёмся до дворца и пройдём все пункты контроля, уже наступит обед. Во-вторых, разговор предстоит непростой и, вероятно, долгий.

– А если ваш человек не согласится с моей точкой зрения? Чем мне это грозит? – наконец, спросила она о самом важном.

– Ты – сильный маг, Анна.

А Ригер дорожит ценными ресурсами.

Арета подавила горький смешок. Да-да. А то, как её пытали в тюрьме, – это всё кошмарный сон. И погоня ей привиделась.

Ещё кое-что резануло слух: «ценный ресурс». Не «человек», не «маг», а «ресурс».

И не так уж король дорожит этими самыми ресурсами, раз пачками отправляет магов на смерть.

Тристан изучающе наблюдал за ведьмой. И будто бы прочёл её мысли:

– Ни одна власть не является идеальной и полностью справедливой, как бы нам ни хотелось думать обратное, – неожиданно произнёс он.

– Каждый правитель совершает промахи. Мелкие и фатальные. Жизнь – это игра. Шахматная доска, если тебе так проще представить.

В шахматы Арета в детстве играла с папой. Это случалось в те редкие зимние вечера, когда дела уже были переделаны, а время до сна оставалось.

Хорошее было время. Тихое.

Арета кивнула. Да, провести аналогию между жизнью и шахматной доской несложно.

Но подозрительная проницательность Тристана насторожила её.