Мой вампир из другого мира

- Все это очень плохо, - пробормотала я удрученно. - Нужно что-то делать. Напомнить им, отчего они бежали с Аркадана. Предложить что-то со стороны людей, возобновить договор. Когда вернется Тригон? Без него я не знаю, с чего начать.

- С осторожности, Дарина. Начни с осторожности. Твой прислужник будет следить за ходом переговоров и сразу сообщит мне, если что-то будет грозить тебе.

- И что тогда?

- Я увезу тебя, - сказал он и, подойдя ближе, сжал мои плечи. - Я буду беречь тебя, но ты должна позволить мне это.

- Надеюсь, до всего этого не дойдет.

- Дарина, - произнес он с нажимом.

- Ладно-ладно, я постараюсь. Разумеется, постараюсь.

После Ньярда за меня взялась Талуза. Видящая неожиданно предложила мне погружение под свою песню, одно из тех, которые мы практиковали в самом начале.

- Ты ведь и сама знаешь, почему я от них отказалась, - удивилась я.

- Многое изменилось. Ты изменилась и уже точно знаешь, что хочешь вспомнить. Давай попробуем еще хотя бы один раз.

В общем, я согласилась. Терять было нечего, и песнь, открывающая двери к самому сокровенному, вновь полилась мне прямиком в душу. Только вот ничего не изменилось. В потайных уголках моего сердца по-прежнему жила любовь к Ньярду, и именно ее я и увидела. Картинками прошлого, но ощущая все так, будто это происходило здесь и сейчас. Впрочем, так оно и было, я увязла в этих чувствах, прикипела к своему вампиру каждой клеточкой этого тела. Сроднилась с мыслью, что именно он - мой единственный.

- Не понимаю, почему так? - спросила, очнувшись. - Я ведь пытаюсь узнать, как помочь ванлакам не обезуметь и как людям спастись. Но всякий раз вижу одно и то же! Нас с Ньярдом! Это какая-то бессмыслица! Скорее всего, такого решения просто нет! Ну или, если надеяться на лучшее, то это решение не известно и никогда не было известно мне. Не знаю, отчего я решила иначе. Это глупо в конце концов и очень самонадеянно!

- Тише, девочка, - приобняв, ответила Талуза.

Разочарованная погружением я отправилась успокаивать нервы в зал для медитаций. Только на этот раз ничего путного не вышло и здесь. Умиротворение не накатывало. Напротив - становилось почему-то тревожно. Казалось, испещренные символами стены отторгают и выталкивают, и я сдалась, поднялась с жесткой циновки и уныло поплелась к себе в комнату.

Далеко уйти, правда, не смогла.