Мой вампир из другого мира

Зачем я вернулась?!

Вместо ответа перед внутренним взором появился образ. Я уйду, но сначала должна понять, для чего все это было (или же признать, что этого смысла просто нет). А значит, нужно закончить картину! Вдруг именно она тот самый недостающий кусочек пазла? Не просто же так меня тянет к ней.

Котик спал, и будить его я не стала. Взяла все необходимые инструменты и отправилась туда, где всегда находила умиротворение - в ту, другую, свою комнату.

Касалась стен, изучала пальцами шершавые, все еще спящие рельефы, успокаивалась и набиралась решимости на этот последний сеанс.

А потом принялась за работу.

Не знаю, как много прошло времени. Час? Целая ночь? Когда в комнату влетел Котик, мне оставалось совсем чуть-чуть, буквально последний штрих.

- Тебе лучше уйти! - завопил он. - Уходи! Скорее!

- Да что такое? - спросила я встревоженного мохнатика.

Ответить тот не успел. Ньярд отшвырнул его так, что Котик ударился о стену и упал недвижимым комочком.

Не подойти.

.. Ньярд оглядывал комнату и все больше зверел. Перекошенное гримасой ярости лицо, обезумевший взгляд и выступившие клыки. Жутко. Больно.

- Как. Ты. Посмела! - прорычал он так, что слов почти не разобрать, но я отлично его поняла.

Увидела все в глазах. Все напрасно. Ничего уже не вернуть.

- Тебе надо было меня отпустить, - сказала я обреченно. - Зачем ты держал меня рядом, если никогда не был готов подпустить ближе?

- Дерзкая. Глупая.

Он подходил, медленно, словно хищник.

Я отступала. Пока не уперлась спиной в ту самую стену с недописанной картиной.

Душу разъедала горечь. Все бесполезно. С первого дня было напрасно!

- Я не хочу больше так. Не могу, - сказала склоняющемуся ко мне вампиру. - Пора признать, так просто бывает, что любовь умирает. Даже такая, пронесенная через саму смерть. Которая, казалось, могла протянуться через века и жизни.

- Хватит! - рыкнул Ньярд. - Я. Преду-пр-р-реждал!

- Арны больше нет! - выкрикнула горько.

- А я...

Огнем полоснуло шею, и та вспышка озарения, что возникла, сменилась чудовищной болью. Когти вампира вонзились в плечи, а клыки вошли в нежную плоть шеи. Так легко...

Ньярд почти сразу отпрянул. Отскочил со стоном, толкнув меня в стену. Все еще обезумевший, жуткий, он смог остановиться. Только это уже не имело значения...

Кровь, моя кровь, текла горячими ручейками, ударяя тошнотворным запахом в нос. Соль и железо. Наяву.