Тайные улицы, странные места

Но помечтать же можно, пока не прочитаю, решил Женька и немного помечтал, как разворачивает, а там… Ну, например, любимый мой Женечка, я тебя люблю с пятого класса и боялась тебе сказать (вот уж ага, чтоб Наська Войченко испугалась сказать… да у неё язык, как помело, всегда был). Или так — ты мне приснился, Евгений, сегодня ночью, я проснулась и думала, к чему бы… (угу, к пожару, или к потопу, нет, к поносу — так Капча скажет, когда прочитает).

Он тыкнул пальцем в смартфон, проверяя время. Повеселел — до звонка всего две минуты.

Тут оно и случилось.

Вдруг в классе встала тишина, бывает так — когда случайно все звуки умолкают, на пару секунд. И в этой случайной тишине ясный, очень знакомый голос сказал со смешком:

— Отстань, а?

Ещё мгновение стояла та самая случайная тишина и, когда к углу у окна стали поворачиваться головы одноклассников, ветер рванул так, что сверху упала фрамуга, рявкнув деревянными краями и осыпая на подоконник хлопья белой краски. Повисла, покачиваясь.

С задней парты вскочил, прикрывая макушку обеими руками, Ромка Емец, пискнул по-девчачьи.

Все, тоже перепугавшись, с облегчением заржали, тыкая в него пальцами и выкрикивая издевательские словечки.

— Чо! — заорал Емец, стряхивая с волос чешуйки краски, — чо ржете, дэбилы? А если б свалилась на бошки? Поубивала бы. Аннвасильна, я туда не сяду больше. Я лучше к Местечке сяду. Нет, — вдруг передумал, когда новенькая повернулась к нему и смерила непонятным взглядом из-под выгоревших бровей, — я можно у доски постою. Лучше.

— Какая жертва, — подрагивающим голосом съязвила физичка, оглядывая повреждения, — у доски… Но ситуация, и правда, нехороша. Я зайду к Анатолию Петровичу, кабинет сегодня лучше уже закрыть.

Она повернулась к новенькой, которая спокойно сидела почти под висящей фрамугой.

— Ме… э-э, Женя? Покинь это… ме… в общем, урок кончился, ты лучше собери сумку и побыстрее отойди. Отсюда.

Согласно зазвенел дальний звонок. Все вскочили, толпясь в проходах и оживлённо делясь впечатлениями. Женя Местечко, не торопясь, сложила тетрадку и пару каких-то блокнотиков, сунула в карман рюкзака, застегнула липучку на клапане.

И только после этого встала, аккуратно задвигая под парту стул на металлических ногах. Оказалась, как и ожидал Женька, среднего роста, и фигура слегка пацанская — плечи шире задницы, джинсы какие-то мешком, с карманами. Из-под угрожающей фрамуги уходить не спешила, хотя та, следуя порывам ветра, шевелилась и стукала закрашенной ручкой о стекло окна.