Тайные улицы, странные места

Чтоб я, значит, не лез в ваши дела. Молчи, я рассказываю. Типа, как выглядит все. Я весь вечер просидел, как дурак. С этой придурошной Нателлой на лавке, у первого дома. Она меня в детский сад тащила…

— Чего? — удивился было Женька, но кивнул, вспомнив руины старого садика, который называли между собой слегка по-другому — «Беседки».

— Короче, я ночью два раза приходил, под твоё окно. Как сраный ромео. Стучал там, свистел. А видно ж — нет тебя.

— Почему видно? — снова удивился Женька.

Капча смерил его жалостным взглядом.

— Когда ты дома, там у тебя на столе зарядное с плеером, от него угол занавески зелёный. Светит оно, если ты спишь, ясно?

— Вот ты, блин, Штирлиц. Шерлок Холмс.

— Доктор Тряпсон, — вяло огрызнулся Капча.

Это они ещё в детстве, насмехаясь над явно читаемыми в чужеземных фамилиях русскими словами «вата» и «холм» издевались…

— Шерлок Оврагс, — привычно парировал Женька. И возмутился, наконец, — блин, у нас дружба или как? Мы что, из-за тёлки несчастной погрызёмся нафиг? Не видел я твою Ану, нет, видел, но не трогал вообще.

Это она на меня Зяму натравила, я чуть звездюлей не отхватил, по полной программе. Будешь мне верить, или как?

— Именно что несчастной, — ответил Капча, свешивая голову и рассматривая под сандалиями грязный песок, — и вообще, не в ней дело. Нет, в ней, но пиздец другой.

— Не понял, — Женька снова проверил время. Часы показали без четверти час. До набережной быстрым шагом минут двадцать. Но ещё домой надо заскочить, плавки надеть, на всякий случай, ну и там мелочи разные.

Саморезов, отвертку любимую, пилка у него отличная для мелких работ. Мало ли.

Капча поднял голову, отодвинулся немного, шоркая по бордюру задницей в длинных шортах цвета хаки.

— Влип я, Смола. Попал на бабло. Из-за Аны.

— О, ну нашёл чем удивить, — Женька усмехнулся, подумав о собственных сожалениях, — Ана, да-а-а, она такая. Метит в дорогие барышни. В крутые тёлки. Я вон тоже четыре почти штуки выкинул, на фесте. Что в песок закопал.

— Заткнись, а? Четыре.

А двадцать не хочешь, с хвостом? Она тоже влипла. Щас расскажу.

Очень издалека трещали малолетние барышни, они давно покинули детскую площадку и теперь торчали в тени колбасного киоска, курили вместе с продавщицей, разглядывая медленные проезжающие машины. В песочнице сидел одинокий дошкольник, взрывал грязный песок кабиной пластмассового грузовичка и гудел то выше, то басом. На лавочке, в тени похоронного вида туйки, дремала бабушка, отправленная бдеть за внучком.