Замуж за врага. Его (не) любимая

Новый Император обвинил военачальника в предательстве и велел казнить. Но у Ю Ли были верные друзья. Ему помогли бежать. Он отплыл на север, обогнул три княжества и через год вошел в воды Арди-Навы, а еще через какое-то время предстал перед Великим князем Лейда и попросил у Волков убежища. В ту горькую Шестую Эпоху на Лейд обрушилось горе – с туманом явились ледяные великаны. Нам не хватало командиров и правитель, признав в Ю Ли прославленного полководца, дозволил ему остаться.

- Так это он разбил двухтысячный легион демонов холода тремя сотнями бойцов? – София вспомнила старую сагу.

Словен кивнул:

- Да. И вошел в Блистающую Сотню величайших командиров Севера, моя госпожа.

Заложница безмолвно согласилась: и впрямь человек эпохи.

Рядом тем временем говорили северяне.

- А что наши в Бурге? Их взяли?

- Не знаю. – Рогнед хлебнул воды, - надеюсь, успели отойти на границу. – И обратился к Святославу, - как поступим, командир?

Красный ветряный закат стремительно мерк.

- Пройдем через Шахты.

Над каменистой поляной повисло молчание.

- Через Шахты? – Прошептал Тиль, осеняя себя охранным знамением, - Копье Теора, это самоубийство, Ваша Милость.

Проводив глазами последний солнечный луч, Святослав отрезал:

- Пути назад нет. До полной темноты еще полчаса. Если поторопимся, успеем проскользнуть до того, как Древние восстанут из могил.

Решение командира посмела оспорить только безутешная вдова, все это время рыдавшая над погребальным костром, разожженным северянами.

- Нет, я не идти, - воспротивилась женщина, когда воевода и близнецы попытались ее поднять. – Я не сунуться в эти проклятые Шахты. А умереть здесь рядом с Эриком.

- Прошу, сударыня, - настаивал Добрыня, - эдирнцы близко. Надо спешить.

- Нет. Я остаться возле мужа.

- Оставьте, - повелел Святослав. – Большим мы ей не поможем. В седла. Выезжаем!

- А я? – Семеон вскочил на ноги, потирая ушибленные ребра.

- Дорогу в Стифополь знаешь. Доедешь, - безразлично ответил командир.

- Князь… - Шрам на его щеке вспыхнул кровью. – Вы бросите меня одного? У Мокленских шахт?

- В отряд ты не вернешься. Я все сказал. - Святослав развернул коня к тропе, убегавшей в угольную долину.

За ним потянулись остальные.

Последним в серебристом мраке дождливого вечера таял воевода.

- Мы оставили тебе коня, - крикнул он. - Считай это прощальным подарком.

* * *

Мелкий дождь колол лицо. В низинах плавали хлопья серебристого тумана.