Замуж за врага. Его (не) любимая

Отосланные за отрядом невидимки вернулись, доложив, что северяне ушли за границу, - а выкрасть что-то у лейдцев без их ведома – задача воистину посильная только богам.

Ко всем неудачам добавилась еще одна: шут пропал. Покидая Ипати, князь Арги лично видел того в свите провожающих, а по возвращении гада-потешника, как не бывало. Придворные и охрана в страхе мямлили, что не видели бесцветного человека с того самого дня, как государь с братьями отъехал по делам.

- Ну, попадись мне, пёсий сын, - рычал Будиш.

– Прикажу прилюдно высечь на площади. Пятьдесят плетей. Чтоб впредь знал место, идиот.

Рухнув в кресло у камина, поймал себя на том, что определенно не хватает шута. И пусть его песни не имели смысла, но действовали мощнее вина и расслабляющих благовоний. Веселить шут умел. Будь он не ладен.

… Перед рассветом подогретое вино сморило Будиша. Но едва первые лучи позолотили дворцовые стены, в тронный зал ворвался Николай.

Сон старшего князя улетучился:

- Шут?

- Ищут прохвоста, - морщась, ответил Николай.

– Я по другому делу. Твоя жена негодует. Вернулся, а к ней не заглянул.

Будиш махнул рукой и потянулся:

- Навещу Марию позже. Что еще?

- Послание. Прибыло из Эдирна с Вестником. Только что, - Николай протянул клочок письма. – От «ледяного» колдуна.

Нетерпеливо сломав печать, Будиш прочел текст и глухо выругался.

- Чего там?

- Упырь не смог выкрасть сестру. Он требует нашей помощи и вмешательства. Отказ не принимается.

* * *

Русло реки повернуло, и берега, поросшие лесом, поднялись.

Встречный ветер разогнал туман, и София узрела Первые Врата Стифополя, походившие на огромные скалы, заключившие реку изящной белоснежной аркой с узорной резьбой.

Дальше река сильно раздалась, а берега разбежались к горизонтам. Отовсюду возникли бело-серые домики, за ними потянулись бескрайные белокаменные причалы. По волнам сновали парусники и ладьи. При встрече с княжеской процессией они выдували громкие сигналы приветствия.

Заходящее солнце светило в глаза, и София не сразу заметила фигуры гигантов, на двух берегах. То были Северос и Бер с Ваином (она легко угадала в каменных гигантах бога Севера и его сыновей). Вытесанные из обломка скалы, они предстали грозными воителями с вороном на плече, волком у ног и несокрушимым оружием в руках.

- Хвала Северосу, мы дома, - вздохнул Хорс, осеняя себя знамением.

Лейдцы чтили память о прошлом, трепетно храня наследие рода.