Замуж за врага. Его (не) любимая

После перехода прежняя семья больше не имела на родственницу прав.

- Это княжна Верея, - представила княгиня вторую девушку, - сестра моего мужа.

София поклонилась.

Верея приветливо кивнула, не вставая из-за стола:

- Присаживайтесь, София.

И выдвинула стул рядом с собой.

Заложница обошла ее и села, успев заметить, что Верея ее ровесница – хрупкая и черноволосая, с темными бездонными глазами, так похожими на глаза Святослава, но только у Вереи они были чуть светлее – цвета хмурых облаков.

«Вот оно что, - подумала девушка, - не удивительно, что Святослав так тепло и ласково ее обнимал.

А он хорошо устроился. Окрутил сестру Правителя. Не удивительно, почему – он второй после Великого князя человек в княжестве».

Умно сударь Посланник, очень умно.

София закусила губу: куда ей до этой красавицы в серебристом платье, сотканном из лучей лунного света? Она лишь бледное подобие, тень. Нет, даже не тень – краткий отблеск угасающего солнца.

- Позавтракайте с нами, - предложила Гордана.

Слуга поставил столовый набор и с поклоном удалился.

- Вы очень добры, Ваша Светлость, - слабо улыбнулась София.

Придворные дамы Горданы и Вереи, сидевшие поодаль, бросали на заложницу косые взгляды и тихо посмеивались, не скрывая презрения. Самыми неприветливыми оказались две темноволосых девушки (из свиты Вереи), позволившие отпустить в сторону Софии колкую шутку.

Смутившись, княжна выронила столовый прибор, чем вызвала новую волну злобного смеха, и только окрик Горданы заставил дамочек прикусить языки.

- Они не хотели вас обидеть.

Нет, хотели. Но винить их нет смысла. Все княжеские Дворы одинаковы – лесть, интриги, ложь, двойная игра, улыбка на устах и нож в рукаве.

Не прошло пяти минут, дверь распахнулась, и в трапезную вошел Верховный Правитель. В первый миг показалось это – Святослав: та же стать, широкие плечи и идеальная осанка. Те же темные локоны, обрамлявшие бледное овальное лицо, но приглядевшись, София поняла – великий князь был старше; мог похвастаться глубокими морщинами у глаз и рта.

Его подбородок украшала аккуратная бородка, да и улыбался он иначе. А глаза – его глаза были зелеными, без оттенков и полутонов.

Заняв место во главе, он приветствовал любимую жену, потом сестру и, наконец, обратился к «гостье». Отвечая кивком, София заметила в его волосах серебристый венец с ярко-алым рубином. При каждом кивке и повороте рубин переливался, как живое пламя в очаге.