Замуж за врага. Его (не) любимая

Когда увидел, что тебя везут, как последнюю преступницу под конвоем и сдают посторонним, был вне себя от ярости. Я помню твой взгляд. Одинокая и несчастная. Тогда-то я и понял, что должен найти тебя и спасти.

София всхлипнула, уткнулась ему в грудь, и букет васильков упал на колени.

- Я не могу требовать. Только могу попросить. Выходи за меня замуж?

Княжна на секунду перестала всхлипывать.

- Замуж?

- Да. Обвенчаемся тайно. Здесь в Стифополе или пригороде – не важно! А потом сбежим. Я увезу тебя отсюда. Подальше от всего этого кошмара.

Хочешь, поедем на запад во владения Дома Водяного Бобра? Или подадимся на восток во владения Горного Оленя. А, может, желаешь увидеть жаркую пустыню? Никогда раньше не бывала в пустыне?

Она помотала головой.

- Так и думал. – Он сжал ее так сильно, что стало трудно дышать. - Тогда бежим во владения Дома Песчаного Ирбиса. Главное, только ты и я. Осядем где-нибудь на окраине Эрусаллэма, купим домик, разведем сад. За время службы в «Западном Щите» я скопил кое-что.

Не тысячу сталлов, но на первое время хватит. Я найду работу. Ты займешься хозяйством. София, согласна… быть моей женой?

Девушка молчала с минуту, чувствуя, как напряженно дышит Ивар.

- Согласна, - глухо выдохнула и ощутила, как мужчина расслабляется. Будто от этого зависит его жизнь.

Ивар приподнял ее голову за подбородок и страстно впился в губы.

Княжну окатило пламенным жаром. Щеки загорелись огнем, когда мужской язык грубо вторгся в ее рот. Синие васильки посыпались под ноги. Стоял теплый и солнечный день, но не настолько жаркий, чтобы кожа раскалилась докрасна, а по вискам потек пот.

Но София вспыхнула, и от этого стало страшно.

Жених целовал настойчиво и даже болезненно, прикусывая губы и сжимая грудь ладонями. Не желая останавливаться, потянул ее в омут греха. Его руки ловко расшнуровали корсет, оголив девичьи плечи. Он проворно задрал подол, обнажив ее колени. Теплая, чуть влажная мужская рука легла на лодыжку и медленно заскользила по бархату кожи к ее запретному лону.

София нервно втянула воздух. Тело напряглось в предвкушении долгожданных ласк. Он опрокинул ее на скамеечку и подмял под себя, со всей страстью покрывая оголенные плечи и ключицы поцелуями. Его рука гуляла у нее под платьем, вторая срывала корсет, а что-то твердое и острое уперлось в низ живота.

Неожиданно в душе разлился холод.

Вместо удовольствия – она испытала странное чувство, похожее на отвращение, от которого передергивает, как при судороге.