Замуж за врага. Его (не) любимая

- Тебя, верно, мучает вопрос, зачем ты здесь? – Как бы невзначай поинтересовался Будиш. – Мы решили, что Праздник Весны ты обязана встретить с семьей. А еще в Ипати пожаловали гости из Дома Серебряного Волка. Нас почтил вниманием сам Посланник Верховного Правителя Лейда, нашего…м… друга и союзника. Так вот, уважаемый Посланник прибыл не просто так. Он привез хорошие вести. Повелитель Лейда доволен тем, как мы ведем с ними торговые и военные дела.

София рассеяно кивнула. Она уставилась в пол и на брата не смотрела.

- Но я отвлекся. Завтра он снова прибудет. На завтрак. Мы хотим, чтобы и ты была вместе с нами.

- Видишь, сестра, ничего страшного, - вмешался Николай. – Игорь, небось, наговорил всяких ужасов.

- Игорь ничего не сказал, - София пересеклась с ним взглядом. Судя по его еще более мрачному виду - Будиш и Николай явно что-то скрывали.

- Ты же поможешь нам, сестрица? – Нетерпеливо спросил князь Арги и вцепился в запястье послушницы. - Ничего делать особо не надо.

Выйдешь к гостю. Поприветствуешь. Улыбнешься. Постараешься понравиться. А в обед будешь в монастыре. Свободная, как ветер.

София задумалась. Сердце предчувствовало обман, но ослушаться старших братьев она не могла, ибо являлась им кровной сестрой. Вот если бы она приняла монашеский постриг, и все мирское для нее умерло, девушка могла бы смело отказать, а тут…

Чуть заметно кивнула.

- Хорошо.

- Умница.

В углу завозилась большая груда пестрых тряпок.

София обернулась, и в первую секунду подумала – там ожило древнее чудовище. Увы, это то был только шут. Заметив испуганное девичье лицо, он зловеще улыбнулся, обнажив редкие кривые зубы. Затем вскочил на ноги, отвесил театральный поклон и пробубнил:

- Солнце спустилось. Дама явилась. Боги открылись. Колесо закрутилось.

- Не обращай внимания, - посоветовал Будиш и крикнул: - Клара! Лиза! Входите!

В тронный зал вбежали служанки.

- Вот! – Кивнул он на сестру. - Приступайте.

* * *

Служанки привели в роскошные покои, задрапированные синим бархатом и украшенные золотой лепниной. В канделябрах трещали свечи, а те, что прогорели, плевались пепельными клубочками.

Клара подвела Софию к столу, стянула с плеч шерстяную шаль и наклонила голову на бок:

- Дай-ка на тебя взглянуть, девонька. Худая, бледная, руки неопрятны. Сколько тебе стукнуло?

- Восемнадцать.

Послушница смутилась и спрятала руки за спину.