Замуж за врага. Его (не) любимая

Еще трижды девушка черпала воду ковшом, чтобы напоить воинов с севера, и особенно низенького, щуплого, горбившегося старика с копной седых волос, бородой до пят и пронзительно серыми глазами, от взгляда которых пробирал жгучий мороз.

- Благодарим, - молодой командир передал Софии медную посудину.

Затем развернулся и лихо вскочил в седло. Через минуту отряд испарился. Единственным напоминанием о том, что на берегу побывали всадники, явились вырванные комья земли и глубокие отпечатки конских подков.

Выронив ковш, София всплеснула руками и бросилась к монастырю.

Она позабыла и о ландышах, и о наполненной бочке. В груди разливалось предчувствие скорой беды. Волки пожаловали на земли Орлов неспроста. Наверняка, князь Будиш что-то натворил, не на шутку разозлив жестоких, бессердечных северян и теперь до войны… рукой подать.

Ноги едва подчинялись. Налетевший порыв ветра, сорвал с головы белую косынку, и в ворота монастыря она влетела с растрепанной косой и глазами полными дикого ужаса.

- Прибыли Уроженцы Дома Серебряного Волка!

Монахини оторопели.

Бледная сестра Агафья то и дело осеняла себя охранным знаком. Сестра Милла, позабыв о пирогах, дрожала, как осиновый лист. А обычно неразговорчивая настоятельница сурово покачала головой:

- Светлая Заря, спаси и сохрани. Это не к добру.

До позднего вечера сестры, собирались группами в саду или трапезной и припоминали слушки о северянах. Особенно, расстаралась Милла. По пути в ризницу она столкнулась с другими сестрами (среди которых была и София) и запричитала:

- Я же вам главного не рассказала.

О, Светлая Заря, не дай кому-нибудь пережить такое. Несколько месяцев назад северяне сожгли пограничную деревню. Да! Трое бежавших рассказали, всех, кто встал у них на пути они безжалостно убили. Тех, кто сдался, связали и согнали на площадь. Разожгли огонь, вскипятили воду в огромном чане и бросили туда связанных.

По коридору пронесли вздохи ужаса и сочувствия:

- Звери.

- Как их земля носит?

- Несчастные.

Женщины осенили себя охранным знамением и склонили головы, зашептав молитву об упокоении убиенных.

- Сестра Милла, ты уверена, что это сделали уроженцы Дома Серебряного Волка, а не какие-нибудь каторжники, бежавшие из Соляных рудников Эскера или Копий Галатенска? – Усомнилась одна из женщин.

- Конечно, северяне! - возмутилась Милла. – Даже каторжники не способны на такую жестокость! Вспомните, сестры! Наш государь все время твердит, что досыта насмотрелся на бесчинства лейдцев в пограничье.